Виктор шагнул через порог и сразу же попал в ожесточенную дискуссию с хозяйкой дома. Она радостно предложила сварить кофе, а он вежливо отказался, но все равно был очарован необычной атмосферой уединенного пространства. Здесь царила таинственная непробиваемая тишина, словно глядя на мир сквозь зеркало времени....
И не станет никого жрать».
Кроме собственной зыбкой веры, больше ничего не оставалось.
Склонив голову, колдун произнес:
– Нам нужна помощь. Я знаю, что вам понадобится материальное тело. Поэтому я здесь. Остальное вы получите из моей памяти. Пожалуйста, спасите город.
Ответа не последовало. Подождав немного, Аверин поднял голову и вздрогнул.
Перед ним стоял император. Каким он запомнил его в последнюю встречу. И на губах его играла едва заметная улыбка.
– Похвальная жертвенность, граф, но это излишне.
– Да… Надо попытаться вызвать «Скорую». – Аверин, понимая, что спорить бесполезно, кинулся к щели в стене, но пролезть в нее не успел: див, казалось, просто шевельнул пальцем и стена рухнула на землю. И Аверин увидел Виктора. Приятель бросился к нему и сжал в объятиях так, что затрещали кости.
– Прошу вас… полегче, – сдавленно выдохнул Аверин.
– Ну уж нет! Я уже мысленно похоронил вас, и не первый раз, между прочим! Вам пора остепениться, Гермес, иначе мне не хватит никаких нервов… – подозрительно хрипло произнес Виктор и отвернулся, заглянув внутрь склепа.
– Это похищенные из крепости колдуны. Спасены из Пустоши. Нужно срочно доставить их в больницу. Попробуйте во Всеволожск, возможно, местную больницу еще не эвакуировали.
– Что за колдуны?
Верно, Виктор же не в курсе.
– Не важно, – быстро проговорил Аверин, – прошу, вызовите «Скорую».
– Да, конечно, – Виктор снял с пояса рацию.
Аверин вернулся в склеп.
– Виктор позаботится о раненых. А вам нужно поспешить, Петербург уже атакуют.
– А Управление? Академия?
– Они в Шлиссельбурге. Там произошел прорыв.
– Что ж, тогда не будем терять времени. Проводите обряд, Гермес Аркадьевич.
– Какой? – не понял Аверин.
На лице дива появилось слегка насмешливое выражение:
– Какой положено, конечно же. Надевайте на меня ошейник, вы, помнится, предлагали это.
