Третья книга о расследованиях графа Аверина. После битвы с Императорским дивом Кузя попадает в Пустошь — ледяную пустыню, где обитают мистические существа. Граф намерен открыть коридор в мир дивов и спасти своего друга, несмотря на смертельную опасность, которая ждёт его в этом враждебном...
Отлично, именно они-то и нужны. Ухтымский служил когда-то в Управлении, поэтому слухи собирал профессионально. И оба колдуна наверняка неплохо знали барона Френкеля.
– Доброго здравия, Евгений Васильевич, доброго здравия Петр Георгиевич, – с поклоном поприветствовал Аверин пожилых коллег.
– Гермес Аркадьевич! – Ухтымский аж привстал. – Как я рад вас видеть! А мы-то, признаться, и не чаяли уже!
– Да-да, – подтвердил Свиридов, обнажая в улыбке ряд желтоватых зубов, – чего мы только о вас не наслушались!
– Неужели? – делано удивился Аверин. – И что же про меня говорили?
– Говорили, при смерти вы или в параличе. Что Императорский див спину вам поломал, – поведал Свиридов.
– И что в монастырь Заладожский ушли, – добавил Ухтымский с хитрым прищуром.
– Так он же женский! – нарочито возмутился Аверин, и все трое рассмеялись.
– А я о чем, я о чем… – покачал головой Ухтымкий. – А все же хорошо, что вы живы и здоровы.
– Я и правда долго болел, – не стал вдаваться в подробности Аверин, – но теперь мне намного лучше.
Свиридов смерил его оценивающим взглядом.
– А что, неплохо выглядите. Давайте-ка выпьем за ваше здоровье. Степан! – окликнул он парня, скучающего за стойкой. – А принеси нам еще коньяка.
– Мне кофе, я за рулем, – поправил Аверин и добавил: – Ну, рассказывайте новости. А то я на несколько месяцев выпал из культурной жизни.
– Да вы же ею и раньше не шибко интересовались, – снова показал зубы Свиридов.
– И то правда… – вздохнул Аверин, мысленно ликуя – разговор быстро перетек в нужное русло, – все в делах, не до новостей… представляете, я о том, что барон Френкель умер, узнал только вчера. Ужасно удивился, совсем же молодой был, ну как так?
– Да полноте, помилуй бог… – Ухтымский всплеснул руками и посмотрел на колдуна укоризненно. – Сергей Борисович уж лет десять как не с нами. Да и было ему уже за шестьдесят.
– Тоже не такой, знаете ли, возраст для колдуна, даже для боевого, а господин барон ведь не был боевым колдуном, верно?
– Для боевого очень даже, – слегка поморщился Ухтымский, видимо, Аверин наступил ему на больную мозоль – старый колдун давно ушел в отставку, злые языки утверждали, что из-за обострившегося геморроя. Но Аверин продолжил гнуть свою линию:
– Ну не знаю, – с сомнением протянул он, – я не так давно сражался с графом Метельским – он еще ого-го.
– Так это же Метельский, талантище, вот вы сравнили! А Сергей Борисович едва до средней категории дотянул.
