– Ого, растрата государственных денег – серьёзное преступление, – нахмурилась адвокат и решительно протянула руку к папке документов в руках Габриэля. – Уговорили, я посмотрю, что можно сделать. Это не мой профиль, но я впрямь начинаю чувствовать себя виноватой перед демоническим родом. Как ваши сородичи умудрились так запустить дела буквально за месяц отсутствия высшего руководства?!
Обрадовано передав материалы профессионалу, Габриэль не стал объяснять, что бедлам в корпорации начался задолго до ареста её руководителей и не без помощи последних. Они углубились в обсуждение пунктов контракта, и прервало их мирную беседу лишь появление личного помощника адвоката, напомнившего о заседании суда.
– Вас подкинуть? – любезно предложил Габриэль.
– А вы сами не хотите поприсутствовать на заседании? – выдвинула встречное предложение правозащитница. – Как раз сегодня я намерена требовать подключения к разбирательству ещё одного независимого эксперта. Из служащих полицейского департамента. Из отдела токсикологии. Собственно, главу этого самого отдела.
– Вы умеете сделать предложение, от которого невозможно отказаться, адвокат, – рассмеялся Габриэль.
Он с удовольствием посмотрит, как его колдунья разберётся с очередным замысловатым делом, и полюбуются ею из толпы зрителей. Его не просто накрывало всепоглощающим чувством – он реально помешался на своей колдунье и успел страшно соскучиться по ней за несколько часов.
В зале суда Габриэль осознал сразу несколько новых для себя истин.
Все другие девушки, кроме его колдуньи, перестали восприниматься им как объекты личного интереса, даже если явно обозначали их собственный интерес к нему. Прежде он, так сказать, замечал зелёную травку и по другую сторону забора и редко хранил верность своим любовницам, но теперь, зажатый между двумя настойчивыми девицами, он ощущал себя святым монахом. Монахом не только устойчивым к любым видам соблазнов, но даже не считающим соблазн за таковой! Дьявольским искушением для него была лишь голубоглазая колдунья, величаво прошествовавшая к свидетельской скамье и бросившая всего один насмешливый взгляд в его сторону. Колдунья, не выказавшая ни малейшего сочувствия к его доле «героя в осаде» и лишь иронично прищурившаяся на немую мольбу поверить в его полнейшую незаинтересованность в дамочках справа и слева.
Затем он понял, что ревность – чувство, питаемое не только танцами колдуньи на пилоне в стриптиз-клубе. Множество восхищённых мужских взоров, направленных в сторону известного и прекрасного собой токсиколога, вызывало глухое раздражение и рождало предостерегающее рычание в горле демона.