Автор
В жестокой реальности, где сила крепнет от ненависти и решительности, юноша с черными волосами неумолимо движется вперед. Защитившаяся девушка в его объятиях отражает внутренний конфликт – понимание долга против страстной потребности бороться.
Внешность стала меняться. В один момент передо мной стоял уже не человек, а ирбис, бросившийся на меня. Нерих ухватил его за хвост, не дав долететь до пункта назначения. Ухватив оборотня за шкирку, он рубанул ребром ладони по гортани животного, тут же обмякшего и прекратившего всякое сопротивление. Поднеся его к глазам, советник утвердительно кивнул, будто говоря, что оборотень умер, как и ожидалось.
– Пулона! Я обернулась и взглянула на Жара, который подзывал вампиршу.
– Убери это, – он кивнул на разрубленное тело оборотня.
Я сглотнула, когда женщина подняла за волосы голову человека, а за ногу потянула его тело.
– Я убила, – прошептала я, медленно опускаясь на землю.
– Ты уже убивала, Вигма, – холодно напомнил мне Жар.
– Я убила хранителя границ Ганзены – духа. Я никогда не думала, что смогу убить живое существо. Даже хотя бы ударить…
– Когда меня пронзала своей цацкой, тоже не думала? – переспросил Нерих.
– Думала, – отрезала я. – О том, как бы тебя покровожадней убить.
– Ну наконец-то ты призналась, что все твои мысли заняты только мной.
Я вновь рванулась вперёд, размышляя, что раз на моей совести два полноценных трупа – третий будет на счастье, но Нерих скрылся в толпе вампиров, унося с собой тело оборотня. Я ещё постояла, высматривая спину правой руки короля, а потом плюнула и толкнула дверь в крепость, проникая в холл.
Поднявшись по лестнице, я прошла по коридору мимо комнаты Нериха, минула ещё одну дверь, чтобы начать спускаться по лестнице и остановилась, занеся ногу над первой ступенькой.
Скрипнув дверью, я высунула нос обратно в коридор, на цыпочках подкралась к главной лестнице и, никого не обнаружив, прошмыгнула в комнату советника.
Основная комната, где я уже побывала раньше, содержала только диван, побитый молью, на котором валялись перчатки и плащ, оставленные здесь Нерихом ещё при мне. На тёмных каменных стенах висели такие же подсвечники, как и по всему замку, а над самым диваном висели две скрещенные друг с другом сабли. На первый взгляд обычные сабли, но что-то в них было не то.
Оставив эти размышления на потом, я открыла ближайшую дверь, обнаружив за ней уборную. Следующая дверь вела в тёмную комнату. Она была абсолютно пустой, если не считать тонкого коврика на полу.
