Автор
В жестокой реальности, где сила крепнет от ненависти и решительности, юноша с черными волосами неумолимо движется вперед. Защитившаяся девушка в его объятиях отражает внутренний конфликт – понимание долга против страстной потребности бороться.
Так, я не поняла, Жар решил всё под себя загрести? Почему я должна выходить замуж в этом отвратном фиолетовом платье?!
Пока продолжались мои размышления, чьи-то крепкие руки опустились мне на плечи, заставляя сесть на стул.
– Я протестую, – решительно заявила я, всё же оставляя свою пятую точку покоиться на стуле. Мои волосы рассыпались по плечам; цепкие пальцы расстегнули застёжку платья на спине, оставляя меня красоваться в одной юбке, задуманной, как вещь, отдельная от корсета всего платья.
За моей спиной послышалась какая-то возня и всплеск воды.
Я насмешливо хмыкнула: а вот отправили бы меня на свадьбу, не помывши, то-то потеха была бы! Даже вампиры, и те побрезговали бы мною закусить…
На этот раз я не сопротивлялась. Поспешно вскочив на ноги, я сбросила с себя остатки одежды и с нескрываемым наслаждением погрузилась в горячую воду, ощущая, как всё внутри меня трепещет от удовольствия. Зачерпнув воды руками, я плеснула ей себе в лицо и тут же зашипела, поморщившись от боли.
Ярость вновь подкатила к горлу. У-у-у… Ну, попадись ты мне, Силий… Не пожалею ни слов, ни головы. Твоей головы, Силий.
Внезапно боль прошла от одного прикосновения холодной руки человеческой рабыни. Я удивлённо посмотрела на пузырёк, который она держала в руках. Что-то мне подсказывало: боль прошла, а сама ссадина никуда исчезать в ближайшее время не собиралась.
Попытавшись не думать над этим, я всё же вновь зачерпнула воды и хорошенько умылась. В конце концов, к боли мне не привыкать. Да, эльфийская принцесса, а боль не в новинку. Странно, казалось бы, а я вот никогда не хотела быть принцессой. Чтобы тебе поклонялись, а в спину шептали гадости? Вот и лазила девчонка-сорванец в королевском платье по разным углам и деревьям с самого детства, не обращая внимания на досадливые покачивания головой отца и неодобрения теперешнего регента.
Головы коснулись прохладные пальцы всё той же рабыни, втирая душистый шампунь в длинные чёрные волосы. Я блаженно замурлыкала, сползая вниз.
Внезапно дверь отварилась. Я тут же сжалась в комок и попыталась скрыть все свои прелести под пеной. Фух, к счастью, это была всего лишь Пулона. Так, а что она здесь делает? Я вопросительно взглянула на вампиршу, требуя немедленный объяснений.
– Я – ваша охрана, принцесса, – всё правильно растолковав, сообщила мне она.
