Автор
В жестокой реальности, где сила крепнет от ненависти и решительности, юноша с черными волосами неумолимо движется вперед. Защитившаяся девушка в его объятиях отражает внутренний конфликт – понимание долга против страстной потребности бороться.
Мы минули его, оказавшись в зале, где прошло моё столь памятное пробуждение, в след за которым прошла не менее памятная битва, и стали спускаться вниз.
– Покои с каменными стенами? – презрительно переспросила я, прекрасно понимая, что сейчас меня ведут в темницу.
– Ага, – в тон мне откликнулся Варс. – Или ты надеялась, что убийцу поселят в лучших гостевых комнатах и вином опоят в благодарность за совершённое злодеяние?
– Надеялась, – откликнулась я. – Тем более что я не убийца. Нельзя ведь убить мёртвого.
– Мёртвого?
– Мёртвого, – повторив, кивнула я.
– В таких нюансах никто разбираться не будет. Ты мне лучше скажи, откуда у тебя эльфийские клинки? Я даже сбилась с шага, удивившись его словам.
– Если ты не заметил, то я слегка тёмный эльф, – съязвила я.
– Но клинками владеет лишь королевская семья. Украла, а потом отправилась к своему женишку? Отличная легенда.
– Можно и так, – согласно кивнула я.
Передо мной скрипнула дверь темницы, и колдун слегка подтолкнул меня вперёд.
– Время до рассвета, – улыбнулся он."
"Когда дверь почти захлопнулась, мне, следившей за движениями Варса, показалось, что колдун задорно подмигнул. Покачав головой своим фантазиям, я уселась на единственный предмет мебели в каменных апартаментах – скамью. По шагам в коридоре и едва слышному командному голосу Варса я поняла, что на свои посты заступила стража.
Мой взгляд скользнул по голым стенам и уткнулся в потолок, где виднелось маленькое зарешёченное окошечко, через которое даже голова не пролезла бы.
Эх, что-то часто меня стали пленить последнее время. И что теперь делать? Стать хранителем или умереть? Я как-то не отдавала себе отчёта в значении этого выбора, будто всё должно разрулится как-то само собой. А если не разрулится… по крайне мере, заберу с собой одну жизнь, хозяин которой не пожелал спасать свою жену. Я ещё чувствовала эту связь через клеймо и боялась лишь одного: что Жар успеет её разорвать.
Я не спала этой ночью, так и оставшись сидеть на скамье и отчуждённо пялиться в стену. Ни шороха, ни шёпота, издаваемого охранниками, я будто не слышала, не услышала и тот момент, когда они вдруг замолкли, и стало неестественно тихо. Я встрепенулась лишь когда скрипнула дверь в мою камеру.
– До рассвета ещё несколько часов, – холодно сказала я колдуну, остановившемуся на пороге так, что за его спиной были видны лежащие на полу стражники.
