Время разговаривает сам с собой. Прочтите эту книгу любого известного психиатра – там полно ценных мыслей о том, как беседы могут перерождаться в сумасшествие. Меня давно преследует шизофрения, и кажется, я уже несколько десятилетий жду своего часа. Наверное, уже лет семьдесят – а может быть даже больше....
И в тот момент, когда я была в двух минутах от постели с Калашниковым – с неба (причем в буквальном смысле) свалилась эта славянская хищница»…
– Scheise[50], – не сдержавшись, выругалась она на родном языке.
…Из недр шефского кабинета донеслись вибрирующие звуки – диван в приемной подпрыгнул, мертвые розы у компьютера мелко задрожали. Забыв о косметике, Мария-Антуанетта вклеила ухо в обивку двери, но сейчас же разочарованно затрясла головой. Нет, ничего не слышно. Ну что ж, Шеф сам ее к этому вынуждает.
…Архангел Варфоломей просил ее не рисковать впустую и использовать «жучок» непосредственно в приемной Шефа сугубо в крайнем случае. По мнению погибающей от жгучего любопытства Марии-Антуанетты, сейчас подвернулся именно такой случай – самый что ни на есть крайний.
…Красный зрачок миниатюрной видеокамеры, тайно установленной Иваном Грозным под ее рабочим столом, повернулся, ловя королеву в «фокус»…"
"…Прошло два часа, прежде чем Алевтина, сломя голову, вылетела от Шефа. Сняв для пущей скорости туфли, она босиком понеслась вниз по лестнице, прямо во временной подвал. Шеф проводил ее меланхолическим взглядом. «А может, это и к лучшему, – философски рассуждал он, раскачиваясь в кресле.
Пряча улыбку, в кабинет змеей скользнула Мария-Антуанетта. Перед Шефом, звякнув приборами, появился чеканный поднос с кофе по-турецки.
«Надо будет выйти на связь с Варфоломеем, чтобы переслать ему файл с записью», – подумала королева. – «Но, конечно, не сейчас – ближе к обеду».
Она вернулась на рабочее место, заботливо поправив засохшие цветы.
