Время разговаривает сам с собой. Прочтите эту книгу любого известного психиатра – там полно ценных мыслей о том, как беседы могут перерождаться в сумасшествие. Меня давно преследует шизофрения, и кажется, я уже несколько десятилетий жду своего часа. Наверное, уже лет семьдесят – а может быть даже больше....
"
"…Толстые губы наместника покрывал заметный слой блестящей помады из карфагенского пурпура, от каменного лица струился тонкий запах дорогих благовоний. Дочиста выскобленные щеки подкрашены сирийскими румянами, ресницы тщательно подведены парфянской сурьмой. На испещренной красными точками шее угадывались следы удаления волос при помощи воска, цвет зарослей на груди был улучшен хной, а в ушах покачивались золотые серьги. Прокуратор нежно посмотрел на молодцеватого Малинина и причмокнул, длинным розовым языком вкусно облизнув лоснящийся рот.
– Как зовут тебя, лапулечка? – ласково спросил он.
– Только спокойно, братец, -просек проблему Калашников. – Не ори и не дергайся. Шефа, конечно, убить мало – мог бы и заранее предупредить…
…Малинин не слышал. Пользуясь положением триумфатора, он кокетничал на латыни с премилой брюнеткой. Исхитрившись, казак ущипнул девушку за бедро и был вознагражден пылающим взглядом. «Хм, а задание-то стоящее, – подумал Малинин. – Может, еще на недельку задержаться? А потом скажем – домик для телепортации не могли найти, город большой.
Размышления прервал ощутимый удар древка копья между лопаток
Ты оглох, сын шелудивой собаки? – рявкнул на него солдат из охраны Пилата. – Отвечай с почтением! Великий прокуратор спросил твое имя.
Мое? – очнулся от эротических грез Малинин.
Они все говорят одно и то же, – засмеялся Пилат. – Подойди ближе, глупышка, – подмигнул он унтер-офицеру.
Охваченный смятением, Малинин осторожно приблизился. Не успел он понять, что происходит, как прокуратор всей ладонью сжал ему ягодицу.
– Ах, какой орешек, -плотоядно ухмыльнулся он. Охрана грохнула смехом.
Малинин рванулся назад, забыв о брюнетке. Спрятавшись за спиной Калашникова, он дрожал как осиновый лист. Перспектива задержаться в Ерушалайме на недельку больше не казалась ему столь привлекательной.
Повелитель, – лихорадочно зашептал унтер-офицер. – Чего это он, а?
Мммм… – приклеив на лицо фальшивую улыбку, протянул Калашников. – В сложную ситуацию мы попали, братец. Видишь ли, Библия не могла отразить все детали, которые имели место в Иудее. В исторических летописях не редкость такая вещь, как несоответствия. Возьми, например, Илью Муромца. Пипгут: богатырь, каждая рука со столетний дуб, а кулаки – уж точно не меньше арбуза.
