Время разговаривает сам с собой. Прочтите эту книгу любого известного психиатра – там полно ценных мыслей о том, как беседы могут перерождаться в сумасшествие. Меня давно преследует шизофрения, и кажется, я уже несколько десятилетий жду своего часа. Наверное, уже лет семьдесят – а может быть даже больше....
Владелец сдал ее подставному лицу за бесценок, и это не удивительно: кому нужна конура, куда даже не попадает солнечный свет? Хозяин искренне считал, что заключил выгодную сделку. Однако он наверняка изгрыз бы себе локти, узнай, что арендатор, коего так привлекло отсутствие дыр в стенах, готов был заплатить втрое больше. До этого он уже снимал помещение с окнами, и их пришлось заколотить намертво снаружи. Но заколоченные окна в жилом доме неизбежно провоцируют любопытство. Каждому хочется поглядеть, что именно скрывают его обитатели.
Вскоре жилье пришлось сменить. И пусть теперь они арендуют склад, использовавшийся для хранения дынь, но зато – не вызывают подозрений. Снаружи здания круглосуточно дежурил часовой, в задачу которого входило оповещать группу о появлении незнакомцев. Получив от него предупреждение, обитатели комнаты имели достаточно времени, чтобы обрести спасительную невидимость. При желании участники группы могли быть невидимыми постоянно, но это было бы затруднительно для общения: тяжело дискутировать, не видя выражение лица собеседника.
– Запомните, – зудел, сдвигая в сторону белую шапочку, наставник – пожилой, но с виду бодрый архангел Михаил. – Мы с вами обязаны в полной мере осознавать, что создаем бестселлер номер один. Если его не постигнет оглушающий успех – нам элементарно оторвут крылья. Через пятьсот лет эта книга обязана возглавить все чарты продаж на Земле. На нашей группе лежит исключительная ответственность: необходимо правильно отобразить характер и харизму главного героя романа, показать его достижения в нужном нам ключе.
…Он взял в руки лежащий на письменной доске конспект из свернутых в трубочку листков папируса. Один из творческих ангелов – Салафил, густо покраснел, принявшись вертеть в руке вырванное из крыла перо.
– Итак, – насмешливо продолжил Михаил.
