Много веков две враждующие страны живут в состоянии холодной войны. Но вот в Академию прибывают студенты по обмену из враждебной империи, и обычной второкурснице предстоит научиться работать с носителями чужой магии. Дружба или предательство? Война или мир?
Если подозревают, что Эз виновен, так бы прямо и сказали. Провели экспертизу на обрывочные остатки заклинаний и что там еще полагается. В любом случае, толку было бы больше, чем от пустых разговоров.
— Ну, не сам же с собой он это сотворил, ваш Маркус?
— Ну, бывает и такое… — задумчиво протянул Азарелли.
— Хотите сказать, что он сам себя опустошил?
— В каком смысле? — ректор напрягся.
— В прямом. Я просканировал тело, пока ждал помощи, и не почувствовал в пострадавшем ни грамма магии. Словно он — обычный человек, а не одаренный. Уж не знаю, мог ли ваш Маркус израсходовать все свои силы. И каким глупцом при этом надо быть.
Ректор и профессор встревожено переглянулись. А Эз и сам задумался над сказанным. Вспомнилось вдруг, как его напарница упала в обморок, перенапрягшись на совместном занятии. У этих лерийцев ведь и такое случается. Может, и Маркус слишком сильно выложился, готовя терхам очередную каверзу.
Или и вовсе… все это подстроено? Чтобы бросить тень на Эзро. Подставить его и выгнать, наконец, терхов из Лерийской Академии. Ведь не случайно же тело обнаружили именно Эзро с сестрой… Или все же случайно?
— Скажите, а что вы делали в той части парка? Вдали от основного веселья, — вдруг спросил ректор.
— Я… — Эз на мгновение замешкался. Неужели Грегори… подумал о том же. Что все это спланированная диверсия против терхов. — Мы с сестрой просто возвращались в общежитие.
— Так рано? Вам не понравился праздник?
— А должен был? — вопросом на вопрос ответил Эзро. — Я не любитель танцев, знаете ли. Да и милые бестолковые вещицы, которыми кишела ваша ярмарка, меня мало привлекают. Так что… можно сказать, я не нашел там для себя ничего интересного.
— Смело, — кивнул ректор, ничуть не обидевшись на такой нелестный отзыв.
— Предпочитаю прямоту. Как со своей стороны, так и со стороны собеседника. — Эз позволил себе толстый намек и, не теряя настроя, спросил: — А вы не думаете, что все это запросто могли подстроить? Диверсия против программы интеграции? Возможно, этот ваш Маркус не так уж и плох, как кажется?
— Мы не исключаем ни одну из версий, — уклончиво ответил Азарелли. — А состояние господина шель Сарха сейчас тщательно проверяют наши лучшие медики. Если мы узнаем что-нибудь новое — обязательно поставим вас в известность.
На этом разговор был окончен, и Эзро отпустили восвояси. Вот только терха все никак не отпускало ощущение, что его собеседники далеко не так откровенны, как хотелось бы.
