В Абифасдоне, демон по вызову, ты работаешь судебным приставом Пекла — выбивай проданные души. Высокий, мускулистый с бледно-зелеными кожей и чешуйчатыми участками, Абифасдон имеет греческий профиль и нераздвоёный язык с рогами.
— Может быть, я сделаю заказ, пока вы определяетесь?"
"— Мужчина, вы что?! У вас воспитание есть или как, тяжело подождать одну минутку? Мне тогда тоже латте. С ванильным сиропом.
— И мне!
— Два латте.
— Три!
— Пожалуйста, три латте.
— Нет, два, я буду сок. Свежевыжатый, фреш, какой у вас есть?
— Апельсин, яблоко, ананас, грейпфрут, — привычно перечислила кассирша.
— Тебе какой?
— Ой, ну я уже не знаю прямо…
— Чего не знаешь? Апельсин?
— Нет, у меня на цитрусовые аллергия.
— Яблочный, что ли?
— Мне апельсиновый, я буду!
— Хорошо, а тебе?
— А я передумала.
— Девчата, вы решайте уже…
— А что мы вообще сюда пришли? Пойдём в «Мокко», там лучше в сто раз!
— Я не люблю «Мокко», там накурено.
— Ой, можно подумать, ты не куришь!
— Девушки, не могли бы вы… — в очередной раз с самой вымученной улыбкой на классическом лице начал мой голубоглазый друг и прикусил язык на середине фразы.
Все трое уставились на него так, словно перед ними внезапно оказалось склизкое пятно, в которое они чудом не наступили туфелькой.
— Подождём? — бодро хихикнул я.
И мы честно подождали ещё с пятнадцать минут, по прошествии которых я твёрдо убедился, что реклама ангельского терпения, проплаченная на всех каналах, завышена до седьмого неба и уровень терпения скромной кассирши бьёт её по всем направлениям. Девушка за стойкой держалась как Брестская крепость! Уважаю…
— Я их… сейчас… всех!
— Слушай, а может, просто они не слышали о слове Божием? — Я успел остановить горячую руку Альберта.
— На что ты намекаешь?
— Ну-у, не уверен, что совет демона чего-то стоит, но… — осторожно продолжил я, — но, если бы ты позволил, я бы рекомендовал им короткую обзорную экскурсию в…
— Ад! — с надеждой вскинулся мой друг.
— В Рай, — вежливо поправил я. — Чего они все такого в Аду не видели — зависть, сплетни, интриги? Тащи их в райские чертоги и покажи им на конкретном примере, чего они добровольно лишают себя таким поведением!
— Это благопристойный поступок, — подумав, признал блондинистый ангел.
— Легко!
Альберт хлопнул в ладоши, и кассирша чуть удивлённо вскинула подщипанные бровки, видя, что перед ней уже стою один я, а три белокурые красавицы резко сгинули в неизвестном направлении.
— «Мартель». Двести граммов. И капучино! Да, ещё одну конфету, вот эту, с орешками.
