В Абифасдоне, демон по вызову, ты работаешь судебным приставом Пекла — выбивай проданные души. Высокий, мускулистый с бледно-зелеными кожей и чешуйчатыми участками, Абифасдон имеет греческий профиль и нераздвоёный язык с рогами.
Плотные занавеси не пропускали солнечного света, на квадратном столе посередине была расчерчена мелом примитивная пентаграмма, озаряемая красными пахучими свечами, стоявшими по кругу. Тьфу, дрянь — розовый ароматизатор, ненавижу…
Трое мужчин в чёрных балахонах, с лицами, полуприкрытыми капюшонами, поднялись мне навстречу.
— Мы приветствуем вас, о Великий!
Я расслабился и принял свой истинный облик. Вся троица невольно вздрогнула. Это комплимент, значит, ещё произвожу впечатление…
— Настал час расплаты, смертные!
— Э-э-э… Абифасдон, да? — осторожно прокашлялся самый высокий, нервно доставая из-за пазухи сложенный вчетверо лист гербовой бумаги.
Нет, вы слышали? Обряд призывания они произвели! Меня?! О задница Вельзевулова, ну наивней, чем дети в младшей группе детсада «Штаны на лямках», право слово… А то наши внизу не знали, когда, в какой час и в какое место посылать меня за их проданными душами.
Но вместо логически следуемых активных действий, сопряжённых с битьём неумными головами об стену, я охотно подыграл клиентам, выпустив пламя изо рта и кивнув:
— Спрашивай, смертный! Чего не смогли предоставить вам все силы Ада?"
"— Сию минуту, позвольте, я объясню.
— В чём суть претензий? — Я зевнул во всю пасть и опустился в кресло, так, чтобы все трое смотрели на меня сверху вниз.
— Где наша популярность? — нажал третий, толстый и гнусавый.
— Где-где… — рифмовать что-либо, кроме как «в Караганде», уже не хотелось, сам устал от мата. — Внимательнее читайте подпункты мелким шрифтом. Там чётко расписаны обязанности сторон. Вы пишете книгу-разоблачение, мы её рекламируем и продвигаем.
