Волна острого чувства тревоги пробралась вдоль позвоночника, как холодная струя, когда ты понимаешь — шутки уже не за гранью. Запах кофе и железного запаха от нагревательных печей навевает воспоминания о зимнем бале в академии. Это место, где каждый шаг нарушает тишину, но каждая сцена выглядит как новое приключение. Здесь демон скрятится под шоколадной оболочкой....
Например, неограненный алмаз может легко затеряться в шлаковой пустой породе. Не допускаешь, что Вал твоя родственница?
— Нет, — тут же отмел предположение эльфа. — Кровь Сеттаров я бы почувствовал, но ее отец определенно демон, а дядя не догадывается о том, что у Ориан есть дочь."
"— С чего ты так решил? — скептически хмыкнул эльф.
— С того, что, если бы Намас знал о новой, полной огня майаре, девчонка давно бы была во дворце.
— Положим, огонь в ней до сегодняшнего дня едва тлел. И потом, нет никакой гарантии, что правитель не принял решение держать дочь на расстоянии от матери, — возразил Друлаван.
Все это так, только Намаса Эммерс знал хорошо. Не любил родственник рисковать, всегда продумывал каждый свой ход тщательно и не гнушался никакими методами, чтобы достичь собственных целей. Знай он о Валери, девчонку давно бы изолировали от всего мира.
— Гарантия есть. Дядя отлично знает, что о майаре мечтают все от саламандр и фениксов до огненных драконов, а значит, давно бы присвоил ее.
— В этом есть резон. Убедил. Остается два момента, которые до сих пор мне не ясны. Первый — почему Ориан, сбежав от повелителя и родив дочь, все же вернулась обратно?
Ну, тут как раз никакой загадки, зная психологию демонов, их привычки и методы, даже не сомневался, что дядя чем-то шантажировал Ориан. И, кажется, я произнес это вслух.
— Шантаж? — задумался Салмелдир. — Что может быть для женщины дороже жизни? Что может заставить ее спрятать ребенка и вернуться туда, где наверняка ничего приятного ее не ожидает?
Странно, но вопросы эльфа натолкнули на мысль.
— Любовь. Ради любви совершаются самые отчаянные поступки, самые героические подвиги, но еще больше — глупостей. Думаю, Намас удерживает того, кто для Ориан очень дорог.
— Отец Валери.
— Да, — не стал спорить я, потому что именно такой расклад объяснял если не все, то очень многое.
— Допустим, — кивнул Друлаван.
