В глубине туннеля лежит разлом, где гигантские обломки стен встречаются с мрачными существами. Каммерер прыгает из укрытия в укрытие, пытаясь избегать бесов-демонолога — чудовищ с красной чешуйчатой кожей и клыками как у бегемотов, подчеркивающих их мрачное существование. Вопросы оставляют чувство тревоги и неизвестности, что привлекает внимание к следующему эпизоду в этом загадочном мире....
То дерзит через слово, а как что-то банальное о ее жизни спросишь — так запирается внутри и отмалчивается."
"Удаляясь по небольшой тропке, окруженной густой и заросшей посадкой, которая примыкала к воротам и бетонному ограждению, мы подошли к непримечательному переулку с мусорными баками. Из него уже вышли на улицу, с которой как раз и доносился гомон, который ударил меня по ушам, когда мы вышли из-под земли. Удивительно, что такое место находилось так близко к городу и вполне тщательно сокрыто от обычных горожан.
Улица была куда оживленнее чем та, на котором я принял схватку с демоном. Тут народ спешил кто куда. И, к слову, народ был весьма и весьма разношёрстный. Прогуливались мужчины во фраках с дамами в широких пачках, а по другой стороне улочки от них могли сидеть бедняки и клянчить милостыню. Чуть дальше от нищих сидел мужчина грязной военной форме с кучек латок.
Мы подошли к перекрестку, на котором стоял регулировщик и жестами разводил автомобили, повозки и пропускал людей, ожидавших перехода. Через пару минут он жестом приказал нам двигаться. Я это понял после того, как Покровский и Аида сдвинулись с места и пошли через перекресток.
На противоположной стороне улица расширялась. Она явно была главной и вела к центральной площади. Мимо на большой скорости промчалась мотокарета, которая резко ударила по тормозам.
— Эй! — он выставил свою бугристую руку с пальцем-сарделькой в мою сторону. — Это же он, да?
— Да точно он, просто переоделся как пижон какой.
Я вздернул бровь.
— Пижон? Какое заумное словечко для вас троих, явно не окончивших трех классов воскресной школы. С какой попытки запомнили его значение в словаре?
Они переглянулись.
— Борзый, однако, — сказал тот, что стоял справа. Они двинулись в мою сторону. Покровский стоял рядом с абсолютным спокойствием, но демонстративно откашлялся.
Троица смерила его взглядом, затем увидели Аиду и слегка притормозили.
