В глубине туннеля лежит разлом, где гигантские обломки стен встречаются с мрачными существами. Каммерер прыгает из укрытия в укрытие, пытаясь избегать бесов-демонолога — чудовищ с красной чешуйчатой кожей и клыками как у бегемотов, подчеркивающих их мрачное существование. Вопросы оставляют чувство тревоги и неизвестности, что привлекает внимание к следующему эпизоду в этом загадочном мире....
— Ты даже не уточнил какую сумму должен.
— Это не может быть сумма выше десяти тысяч, — сказал я. — Даже с учетом лечения ваших людей.
Пока мы ужинали, я успел ознакомиться с ценниками на еду, с тем, какими купюрами Покровский расплатился и сколько сдачи ему вернули. Сколько он оставил на чаевые, не смотря на случившийся там инцидент."
"— Пятнадцать! — гаркнул Донни. — Ни копейкой меньше, Митасов, иначе твои предки будут в гробу вращаться от стыда!
— Договорились. Через месяц. На этом же месте.
Донован Кесслер повернулся, что-то негромко сказал своему водителю.
Я без интереса наблюдал за ним. Кроме как пустой тратой времени назвать происходящее язык не поворачивался. Донован откупорил футляр, выудил из него какой-то бумажный сверток, после чего открыл еще один маленький коробок и взялся за перьевую ручку.
— Ох ты какие мы гордые и пузатые, — прокомментировал бесенок, закинув ногу на ногу.
Я тяжело вздохнул. Как неприятно было соглашаться, но рогатый был прав.
— Подойди, — обратился он ко мне. — Поставишь подпись, что ты обязуешься выполнить данное тобой слово в срок и вернешь мне пятнадцать тысяч дублей ровно через месяц к… — он достал брегет из нагрудного кармана и взглянул на время, — восемнадцати двадцати.
«Мы торчим тут уже почти полтора часа, — подумал я. — Какой кошмар».
Донован передал бумагу своему водителю. Я пошел к нему навстречу. Десять пар глаз наблюдали за мной, держа на мушке. Поднимался легкий вечерний ветер.
— Марк…
— Да.
— Сюда едут еще люди.
— Что? — тихо спросил я. — Кто?
— Я не знаю. Я слышу, как тарахтят их автомобили. Эти рычащие механические монстры не чета машинам нашего мира, их слышно за гребаный километр.
— Много?
— Не меньше пяти машин.
Поравнявшись с усатым водителем во фраке, я остановился. Он протянул мне пергамент с ручкой и учтиво кивнул.
Я взял ручку и оставил размашистую подпись в самом низу и чуть было не подписал через черту «Марк Каммерер» с инициалами.
А мобили действительно ехали. Даже я уже слышал.
— Шеф, — сказал бугай по левую руку от меня. Он прислонил бинокль к глазам и указывал пальцем за мою спину. Я повернулся.
