Начинаем новый день с надеждой и страхом перед неизвестностью. В Дне огня героям предстоит столкнуться с мрачной реальностью: оборотни, колдовства и тёмные силы Эндрю Миллинга раскрывают свои карты. Уютная повседневность погружается в сумеречный шарм, а дикий огонь внутри каждого героя поджигает готовность к борьбе за человечество....
Введите Джиллиан Белокоготь!
Я вытянул вперёд шею и увидел, как крысы ввели оборотня-ворону, у неё был завязан клюв, а крылья сцеплены широкой повязкой, чтобы она не могла улететь. Чёрные глаза смотрели испуганно, но в то же время с вызовом.
– Ты руководила в Совете специальной группой, в обязанности которой входил контроль за Эндрю Миллингом, – холодно произнёс лис. – Ты делала вид, что усердно выполняешь свою работу, но при этом препятствовала нашим планам и блокировала все меры. Кроме того, ты тайно информировала Миллинга о наших намерениях и предупреждала его, что мы собираемся предпринять против него.
– Это наглая ложь! Ничего такого не было! – возмутилась ворона – голос у неё оказался на удивление юным – и нахохлилась.
– Можешь не стараться, против тебя существуют неопровержимые улики, – ещё более холодно продолжил Джонсон. – Энния Сандрас устроила тебе проверку: она сообщила тебе специально подготовленные, якобы особо секретные сведения. И о них тут же узнал враг – потому что ты не догадалась, что это ловушка.
Ворона ненадолго замолчала. Потом вдруг задрала клюв вверх и с вызовом оглядела всех:
– Эндрю стоит того, чтобы работать на него! Он просто невероятный…"
"– Согласно нашим законам, ты должна получить минимум десять лет заключения в нашем зоопарке «Солнечные луга», – жестко перебила её миссис Сандрас. – Днём – в обличье вороны, ночью – в облике по выбору.
– Мы можем предоставить на выбор и другой вариант, – сказал белохвостый олень. – Четыре года строгого тюремного заключения, например в контактном зоопарке, плюс четыре года в обычном вольере – тогда в общей сложности это будет восемь лет.
– Да, это хорошая мысль. – Лис, соглашаясь, кивнул.
– Беру восемь лет, – быстро ответила ворона.
Её отвели в сторону. Следующим двое охранников-волков доставили в зал предателя-рысь. Я его помнил – его фото я видел в календаре, где были изображены все члены Совета.
– Норрис Клейтон, ты тоже оказался не без греха. – На этот раз в строгом голосе председателя звучала печаль.
– Да, это так, – начал защищаться оборотень-рысь. – Но у меня тоже есть дети, и мои близнецы тоже любят играть на природе.
