На церковном крыльце скрипнуло первым по счету. Бран стойко удерживает свое весовое превосходство, но внезапно не выносит даже такого обычного усилия. В этот день Патрик решает взяться за контроль над своим телом. Вопрос: как отреагируют его близкие и друзья, услышав о таком решение?...
К этому моменту священник уже точно знал, что нападения «клопов» всегда происходили по одной схеме: ощетинившийся иглами шар подплывал к берегу, каждый раз днём, и вываливал из своего чрева десятки автоматических машин. Видимо, тревогу в поселке поднимали слишком поздно. Патрик не видел изувеченных тел. Он слышал грохот взрыва, свист разлетающихся осколков — и наступала тишина, нарушаемая только шуршанием лапок по песку. Каким образом машины ухитрялись взорвать человеческое поселение и зачем они это делали, он так и не смог понять.
А до четвертого поселка они добрались девять дней назад.
Закономерность очевидна. «Время на поиск людей у них всё сокращается. Скоро они высадятся на нашем побережье».
Чему учит нас Охотник на Вампиров?
«Упрись и стой твердо. Самое главное — где именно встать».
Патрик обошёл бункер и раздвинул ветки около запасного выхода. Там на корточках сидел Дорн — молчаливый верзила с репутацией смельчака.
— Вода не испортилась? — первым делом спросил Патрик.
Дорн отрицательно качнул головой.
С тех пор, как Патрик наткнулся на бункер, он готовил людей к тому, что им придется укрываться в нем. Одно поколение сменялось другим, уже подрастало третье, и год за годом священник приучал паству к простому ритуалу: по его сигналу все должны покинуть свои жилища и бежать в укрытие. Без промедления. Без сомнений. Это единственный шанс спастись от смертоносного шара, выплывающего из моря.
Теперь, когда его группа осталась последней, Патрик удесятерил бдительность.
«Мы укроемся здесь. Переждём нападение. Три дня, семь дней, две недели — сколько потребуется. Потом выйдем, отстроим посёлок и начнём всё заново».
План был не слишком хорош. По правде говоря, он сильно напоминал изветшавшую тряпку, так много в нем было дыр и расползающихся ниток. Но другого не имелось.
Толстяк Бран непременно спросил бы, что произойдёт, если машины не вернутся откуда пришли, а осадят бункер.
