На церковном крыльце скрипнуло первым по счету. Бран стойко удерживает свое весовое превосходство, но внезапно не выносит даже такого обычного усилия. В этот день Патрик решает взяться за контроль над своим телом. Вопрос: как отреагируют его близкие и друзья, услышав о таком решение?...
Он рисковал, обращаясь к метафорам, но надеялся, что она поймёт.
— Человечество уподобилось подростку, которого раздирают противоположные чувства, — медленно сказал священник. — Как если бы к человеку привязали нескольких лошадей и стегали их, заставляя рваться в разные стороны.
— Что такое лошади? — перебила Фани. — Большие птицы?
— Почти. — Он решил не вдаваться в подробности. — Что случится, если три коршуна потянут тебя на север, запад и восток?
— Меня разорвет на части!
— Да, Фани. И ты погибнешь.
— Что плохого в очень большой любви? — сопротивлялась девочка.
Они вышли на опушку. Фани, сбросив тюк, опустилась на траву, он сел рядом.
— Представь, что ты страстно возлюбила бога. Тогда тех, кто кричит, что твой бог — выдумка, ты станешь ненавидеть. Ты решишь убить их, Фани. Понимаешь меня?
Та молчала.
— Но если твоя любовь смиренна и спокойна, ты не будешь ненавидеть глупца, заявляющего, что бога нет.
Патрик все еще ощущал силу исходящего от девочки протеста, но тот ослабевал.
— Фани, я не застал войны. Может быть, ты знаешь, что нас, священников, создали последними. Тридцать восемь поселенцев спаслись и бежали сюда, где есть воздух, пригодный для дыхания, и вода, которую можно пить.
— Я знаю, — твердо сказала она. — Прадедушка мамы был ученым.
Патрик уловил неуверенность, исходящую от нее: Фани не понимала значения последнего слова. Да и её мать, от которой она его услышала, наверняка тоже не представляла, кем на самом деле был её предок. Лишь эхо настоящих смыслов доходило до них всех. В их жизни существовали только прикладные занятия, и Патрик был единственным исключением.
— Наша община — зародыш нового человечества, Фани. Многие погибли, многие остались искалечены в борьбе с новым миром, в котором нам приходится существовать. Но мы живем. И мы не имеем права повторить тот ошибочный путь, которым прошли миллионы до нас, потому что он привел их к гибели. Мы следуем заповедям. Что гласит первая из них?
— Возлюби ближнего как самого себя, то есть умеренно.
