Автор
В темноте скрипнула ветка — сталкер приподнялся и поднес к глазам фонарь. Впереди блестел мёртвый взгляд неуловимо знакомых глаз, словно он когда-то видел этот свет на самом деле. Ночь в его дневнике запечатлела застывшие звуки трупных шагов и бессмысленных восклицаний — теперь эти голоса раздавались из глубины ночи, словно угрожая проклятьем....
То есть являются гражданскими, что в нарушение закона проникли на охраняемую территорию зоны экологического бедствия, и подлежат задержанию с последующей депортацией в сторону ближайшего изолятора временного содержания на Большой земле. А наёмники, что охраняют основной бункер учёных и их рейды в Зону имеют документы о временном зачислении в состав партии учёных для обеспечения охраны.
– Ну да. Поэтому, видимо, и не на территории базы вояк, но близко место выбрали. В общем – вся информация, – Медведь забычковал окурок и бросил его за дверь.
– А чего искать пришли-то? – Барин тоже затушил сигарету.
– Да, это же я тебе говорил. Они за биоматериалом и вообще, что приволокут – всё им надо: арты, части организмов, фото с видео. Там у них пси-излучение всех животных разогнало, только зомбаки шарахаются, в забор стучатся, так Белкин написал. Я же с ними работал раньше, он мне сразу и написал, но я теперь куда отсюда. Понял, только что им надо побыстрее, поэтому никто не стал делать большой экспедиции, ставить временных укрытий и с вояками договариваться тоже.
Когда попрощались и шли обратно, Барин и рассказал Серому свой план. Если прямо сейчас и быстро организовать поток охотничьих трофеев и артов к месту дислокации научных деятелей, можно получить в два-три раза больше по деньгам, чем если всё это дело Жуку сдавать. Тем более что Жучара деньгами редко платит, всё норовит патроны да тушёнку с медикаментами на обмен впихнуть. И курс этого обмена вообще неинтересный получается.
Серый высказывал сомнения в словах Медведя и вообще в том, что с учёными удастся законтачиться. Тут-то Барин и предложил в местный офис наёмников заглянуть.
Те сидели в своём закутке на втором этаже административного корпуса и чинно пили чай из армейских алюминиевых кружек.
– Здоровенькы, хлопци! – Барин неплохо знал их старшего с позывным Живой. Старший найм реагировал на приветствие без энтузиазма. К чему политесы перед нищим бродягой?
– И вас по тому же месту. Дело есть или мешать пришёл? Сахара нет! – сказал он веско, убирая чайник в шкаф.
