В живописной деревенской природе начинается непредсказуемая история, где каждое движение скрываются дикие страсти и тайны. Подруга Лизавета не может удержаться от крика, когда видит парочку в сирени, вызывая гнев и веселье среди деревенской шляпки.
Стоило мне только войти в холл просторной квартиры и наткнуться на серьезный взгляд чуть поблекших глаз, то сразу же поняла, что нам будет ох как не просто сосуществовать вместе с этой леди преклонного возраста.
Без каких-либо приветствий дама выпалила, как только заметила меня на входе в ее логово:
- Егорушка, а это кто? - И она на меня ТАК посмотрела, что мне захотелось, сквозь землю провалится, лишь бы быть подальше от этой тетеньки. Я интуитивно попятилась назад, но меня остановила огромная лапища Егора Валентиновича.
"- Ба, тормози. Это Мария, будет жить здесь.
- В смысле мариябудетжитьздесь? – Спросила она одним словом, приподняв бровь.
- Ба, ну не начинай только, а?! – Сказал этот внучек все так же с порога. - Она помогать тебе будет во всем, по хозяйству там, за лекарствами сходить или еще чего-нибудь.
- Егорушка, я что, по-твоему, совсем немощная? – Как-то уж очень воинственно спросила эта дама преклонных лет, аж я немного поежилась от такого тона.
- Ба, это из лучших побуждений.
- Опять аврал?! – Спросила эта «Ба», а как будто сказала, ври ври, приятно слушать. – Ну беги Форрест, беги.
- Люблю тебя Ба. Марию не обижай.
- Я? Да ни в жизнь.
Егор Валентинович чмокнул свою родственницу в щечку, махнул мне на прощание и был таков, захлопнув за собой дверь. И мы остались с пожилой женщиной один на один.
- Ну пошли Мария, покажу твою комнату, раз внук сказал, что помогать мне будешь, хотя я и не нуждаюсь ни в какой помощи, - повела меня эта женщина по широкому коридору.
Вот и что прикажете отвечать этой мадам? Не скажу же я, что на дороге или так сложились обстоятельства. Неопределенно пожала плечами, на что женщина только глаза закатила.
- Располагайся, это будет твоя комната. Никого не водить, музыку громко не слушать, а то у меня давление, список твоих дел я сейчас оформлю. В свободное время вольна делать все, что только твоя душа пожелает, если она есть, конечно.
- Есть. Один.
- Какой?
- Как Вас зовут?
- А, это, - хмыкнула пожилая дама. – Можешь называть меня Людмилой Прокопьевной.
- Очень приятно, а я Маша.
- Ну, иди девочка, приведи себя в порядок, а после мы уже поговорим.
- Хорошо, спасибо, - ответила я Людмиле Прокопьевне и смущенно открыла дверь, за которой, по идее, скрывалась отведенная мне комната.
- Жду тебя через тридцать минут и попрошу не опаздывать.
- Хорошо.
