В деревенском взгляде на Пекине Ван Япина охватывает легкая суета столичной жизни. Он удивленно смотрит на своего друга Гана, который успокаивающе улыбается. Этот рассказ ведет нас через мир старой деревни и стремительный Пекин, где неразрывность между прошлым и будущим создаёт интригу....
Похоже, «Деревенщина в Пекине 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Лишь спустя добрых полминуты секретарь захлопывает папку и отодвигает её на край стола. Медленно подняв глаза на посетителей, чиновница кивает, безмолвно поощряя их начать разговор.
— Дэн Инчао, завтра мы с вами вместе идём общаться с корейской прокуратурой, — без лишних предисловий выдаёт Лян Вэй.
Хозяйка кабинета переводит вопросительный взгляд на Ли Миньюэ, но в ответ получает поддерживающий кивок племянницы, всецело поддерживающий заявление спутника. Тёмные, непроницаемые глаза чиновницы вновь обращаются к парню, сверля его пристальным, изучающим взором:
— Вы сейчас отдаёте себе отчёт в том, что говорите?
Дэн Инчао и не подозревает, что, встретившись с её колючим взглядом, Лян Вэй всерьёз задумывается о том, а не стоит ли ему для надёжности позвонить Бай Лу, семья которой имеет связи с Центральным Комитетом партии, или хотя бы обратиться за поддержкой к капитану Фэн Ину из Министерства государственной безопасности.
— Пожалуйста, остановитесь по-хорошему, потому что я сейчас из последних сил стараюсь вас не обидеть и не задеть, а вы буквально всеми силами напрашиваетесь на грубость. И если вы вдруг надумали поиграть со мной в равного или в кого-то, стоящего выше в иерархии, то спешу вас разочаровать — подобные выводы существуют только в ваших мыслях. Поверьте, мне есть к кому обратиться. Не заставляйте меня эффективно оспаривать ваше место в иерархии, — жёстко отчеканивает Лян Вэй.
Несмотря на естественное желание восстановить пошатнувшийся было статус-кво и жёстко осадить не в меру борзого юнца, третий секретарь находит силы сдержать раздражение и не позволяет порывам уязвлённого эго выплеснуться наружу, мудро решая не доводить ситуацию до совсем уж опасной черты. В конце концов, человеку её профессии никак нельзя позволять эмоциям мешать работе, любые решения должны быть тщательно взвешены и приниматься исключительно с расчётом на долгосрочную перспективу.
— Что ж, продолжайте, я вся внимание, — роняет чиновница, откидываясь на спинку кресла. — Видимо, за вашей позицией что-то стоит, раз вы пришли сюда со скандалом.
— В том-то и оно, что нет. Мы шли совсем с другими намерениями, — Лян Вэй качает головой. — Я хотел максимально сгладить углы, но, как только увидел вас и ваше отношение, понял, что всё.
