В серых улицах Салира, где разгорается сирийская война, старший снайпер Артем Иванов встречает нового офицера из российских советников. Взмахнув рукой в знак приветствия, он спрыгивает с танка на пыльную дорогу, где уже готовится встреча с командиром из подразделения русских специалистов. Это новый этап их совместной операции, запланированной для защиты важных зданий в Сирии....
— Так точно, — отозвался Паша, сбрасывая с себя остатки сна.
— Через двадцать минут у меня. Разговор есть. Время пошло.
Паша отключился и нащупал выключатель торшера. Настенные часы показывали два часа ночи, и хотя в трубке прозвучал далеко не приказ, но и просьбой, которой можно пренебречь, считать это тоже было нельзя. Шабалин быстро оделся — во что попалось под руку, и накинув бушлат, вышел из квартиры. Однако, что-то вспомнив, замер на миг, потом вернулся в квартиру и посмотрелся в зеркало — возвращаться было дурной приметой, и мама всегда говорила, что в таком случае нужно обязательно поглядеть на себя в зеркало и улыбнуться.
— Ыыы… — Паша улыбнулся, отмечая суточную небритость лица.
Початая бутылка коньяка, подаренная «казачьим генералом», перекочевала из холодильника в карман бушлата, и только после этого Паша окончательно вышел из дому. Пройти нужно было два подъезда — сквозь свистящий, пронизывающий до костей, обжигающий ветер, несущий лёгкую позёмку.
— Товарищ полковник…
— Пришел? На кухню проходи, — из глубины квартиры раздался хриплый голос.
Паша разулся, повесил бушлат на вешалку и прошел на кухню. За столом, одетый в трико и тельняшку, сидел на деревянном табурете заместитель командира бригады подполковник Валера Федяев.
— Здравия желаю, — сказал Паша.
— Присаживайся, — кивнул Валера.
— Коньяк…
Паша протянул Валере бутылку, хваля себя за догадливость. Валера подставил к нему ближе две рюмки, и Паша налил по полной.
— Подняли, — предложил подполковник."
"Паша взял рюмку двумя пальцами и поднял на уровень подбородка.
— За что пьём? — спросил он.
— Ты знаешь, почему я такой пьяный? — спросил Федяев, качнув рукой так, что чуть не выплеснул содержимое рюмки.
— Никак нет, — мотнул головой Шабалин.
