В серых улицах Салира, где разгорается сирийская война, старший снайпер Артем Иванов встречает нового офицера из российских советников. Взмахнув рукой в знак приветствия, он спрыгивает с танка на пыльную дорогу, где уже готовится встреча с командиром из подразделения русских специалистов. Это новый этап их совместной операции, запланированной для защиты важных зданий в Сирии....
На это ушло несколько минут, за которые Бача успел своему наводчику предложить работу в клининговой компании «с хорошей зарплатой и соцпакетом». Бурый успел предложить Гасану произвести уборку в его квартире сразу по возвращению из «Саратова» в родные пенаты. Змей же успел обнаружить третьего иностранца в числе наблюдаемых боевиков.
— А вот и третий.
Его рассмотрели более внимательно. По всему чувствовалось, что он там всем заправляет.
— Командир, — снизу раздался голос Гасана.
— Чего тебе?
— А знаешь, чем отличается русский снайпер от иностранного?
— Национальностью?
— Ну… не только.
— Чем еще?
— Тем, что он после выстрела лезет к убитому снимать дорогие натовские шузы.
Все давно знали этот избитый снайперский анекдот, но всё же посмеялись — ведь Гасан старался, рассказывал. На самом деле по результатам боёв уже был издан ряд приказов, запрещающих снайперам выходить к врагу за подтверждением своего результата. Ибо находились и такие отчаянные парни — с которыми, судя по резкости приказов, определенно произошли какие-то неприятности.
— Начинаем, командир? — спросил Бурый.
— Сейчас, — Змей привстал со своего места и осмотрел подходы к развалинам.
В радиусе километра не было ни души.
— Всем внимание! — Змей повысил голос.
Бурый загнал патрон в патронник, приложился к винтовке, немного пошевелился, выбирая положение, при котором появится естественная точка прицеливания — на конкретной цели, удаленной от него более чем на километр.
— Боковая поправка — ноль, — сказал Змей. — Полное безветрие…
— Есть, — ответил Бурый, удостоверившись, что маховичок горизонтальных поправок прицела выставлен на ноль.
