Ночи пропадают под гул бесконечных нот. С каждым днём музыка становится всё более явной — как будто она вгрызается в твоё сознание, создавая из кошмаров реальность. Беспокоит не только боль, но и страх перед тем, что ждёт утра.
Похоже, «Держи меня» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Она заворочалась, я невольно залюбовался — милая моя девочка, ждала меня, переживала! Даже такого — пьяного, распространяющего запах перегара на всю комнату, не оставила одного, не бросила! Несмотря на общее состояние организма — прямо скажем, отвратительное, один орган чувствовал себя вполне здоровым и даже готовым к подвигам! Но сначала в душ.
Стараясь не стонать, сполз с кровати, обернулся — вроде, не разбудил! Посмотрел на нее — спит в футболке, которая задралась почти до груди. Внизу маленькие шортики под цвет футболки.
В кухне достал с полки коробку с лекарствами. Пары штук аспирина должно хватить. Запил водой. Постоял опустив голову, опершись обеими руками на стол. Теперь можно в душ.
Из душа вышел, чувствуя себя намного лучше. Правда, все тело болело, как будто по мне катком проехали, или побили… Е-мое, что там с Матвеем? Где-то на кухне видел Алин телефон, мой-то вчера разрядился, пока я у Вербицкого был.
Нашел телефон, закрылся в ванной, набрал Матвея. Когда выяснил, что с ним все в порядке, спокойно отправился в спальню.
Так на боку и спит. Полотенце, которым был обмотан по пояс, бросил на стул — сейчас оно мне не понадобится. Лег сзади. Как же я соскучился! Так вчера ночью уезжать не хотелось! Вообще бы из постели не вылазил, так бы и жил тут с ней.
Что там под футболкой? Бюстгалтер хоть не додумалась надеть? Шорты-то натянула… зачем-то.
26
Нет, бюстгалтера, к счастью, нет. Ладонью обхватил грудь — прямо идеально подходит мне по размеру. Стал целовать открытую нежную кожу шеи, обвел языком мочку маленького розового ушка и услышал участившееся дыхание моей девочки. Не смог сдержать улыбку — ей нравится, даже во сне!
И сам завёлся за секунду. Каждый раз, увидев ее, еще не дотронувшись даже, возбуждался, как мальчишка со спермотоксикозом. Ну, как так, взрослый же мужик? Чувствовал себя зэком, которого полжизни держали в камере — одиночке, и вдруг помиловали и выпустили на свободу.
Руки дрожали от желания. Но по-быстрому, просто войти в нее и получить необходимую мне сейчас разрядку — казалось мне преступлением. Нет, от ее реакции на мои ласки мое удовольствие возрастало в несколько раз.
