Особенно выпадают из жизни студенты четвертого курса – выпускники этого года.
Девчонки больше не в силах донимать меня, стараясь узнать подробности отношений с Эштоном, и о выпускном бале тоже не говорят, боясь сглазить. Провалишь экзамены – никаких тебе нарядов и танцев.
Селеста и Хизер перестали красится и укладывать каждый день волосы, предпочитая потратить время для марафета на чтение лишнего параграфа. Я этим никогда раньше не страдала, и хоть понимаю, что давно уже взрослая и выпуститься смогу в любом случае, все же некой панике поддаюсь, штудирую учебники по тем предметам, которые давно уже вылетели из головы за своей ненадобностью.
Элоди же сохраняет силу духа, несмотря на беспечность, учеба всегда давалась ей на удивление легко. С вечно идеальным макияжем и аккуратной прической она умудряется даже продолжать пытать меня время от времени вопросами о нашей с Эйджем удивительно возникшей на пустом месте «страсти». Честное слово, соседка по комнате гораздо умнее, чем кажется.
У парней май месяц складывается плачевно.
Циан, Данте и Хейз хватаются за головы, понимая, что они оказались в полной «ж»: какая подготовка к аттестации, когда нужно еще получить к ней допуск, закрыв все долги по несданным предметам, накопившиеся за все годы учебы?! Редко теперь, когда наш столик в столовой собирается полным составом, несчастным лентяям приходится носится за преподавателями и слезно умолять принять их пересдачи.
Только Роял не разделяет накрывшей парней паники, у него с учебой все в порядке. А вот о настроении подобного не скажешь. Не могу не заметить, что он старается избегать нас.
Но не может же парень в данный период времени знать о готовящейся в Аргоне, его родном государстве, военной кампании против империи. Это самая логичная причина для такого поведения племянника правителя соседнего королевства, третьего в очереди престолонаследования.
Или, все же я ошиблась? Нет, в прошлом он так себя не вел, даже на выпускной меня пригласил, хотя мы так и не пошли…
- Если аудиенция назначается во дворце, то иностранный посол приезжает на своем экипаже. У кареты его встречает церемониймейстер, на верху парадной лестницы камер-юнкер, а до комнаты ожидания провожает по правую руку обер-церемониймейстер, а по левую – гофмаршал, - декламирую наизусть, сидя на парте в пустой аудитории.
- Ты уверена, что это войдет в вопросы экзамены? – хмурится недоверчиво Эйдж, подняв голову от своих заметок. – К чему нам, студентам, основы дворцового этикета? В лекциях ничего подобного не было.
Как послушный ученик, он сидит с ровной спиной, и до сих пор внимал моим словам молча и учтиво.
Стоило труда добиться должности «репетитора» Эйджа по этикету.
Труда и небольшого обмана.