Потом ему может быть больно из-за собственных надежд, не прошедших проверку, и ошибочных суждений. У меня прежде не было впечатления, что он такой сердобольный человек. В положении мыши заботится о кошке – ну не глупость ли? Тем более, что кошка отлично справляется!
- Когда проявляют доброжелательность, обычно не ждут получить что-то взамен.
Ну разве могу я его просить о чем-то и ставить в положение обязанного помочь и сделать все возможное, напрягать, втягивать его…Когда гораздо удобнее будет при необходимости просто заставить его, лишая выбора? В таком случае, все, что Эйдж сделает, будет не по его воле, и ответственность за содеянное тоже окажется не на его плечах… Пусть ненавидит меня и проклинает, ведь это лучше, чем ненавидеть самого себя. Мне к роли злодейки не привыкать.
Хитро улыбаюсь, гоня прочь всю серьезность, и преграждаю главному герою путь, заглядываю в его озадаченные серые глаза и подмигиваю:
- Забрать слова назад уже не получится!
Эш молчит, только смотрит. В его глазах столько сложных эмоций. Я вдруг чувствую себя напроказничавшим ребенком, которого взрослый не может ни поругать, ни наказать, понимая, что это все равно не возымеет толку.
У входа в главное здание академии мы с Эйджем расходимся, после моего смелого и откровенно нахального заявления, я ожидала, что он улыбнется или отшутится, однако, парень не проронил ни слова и повисла какая-то неловкая тишина.
С понедельника, после дождливых выходных, начинается экзаменационный период, две недели студенты живут нервозами и бессонными ночами. Все свободное время уходит на подготовку к очередному экзамену. Но, разумеется, оно того стоит. Для многих из них.
Вряд ли в этот раз мои оценки в дипломе будут такими же безупречными, как в прошлом. Это больше не было моей целью. Я стала умнее.
Рана на спине заживает. Элоди этому радуется больше меня. Потому что….
- Платье с открытой спиной! Какая красота! О, тебе оно так пойдет!
- Повязку носить надобности нет, но теперь у меня там шрам, - качаю головой, скучающе оглядывая убранство бутика с готовыми нарядами.
В прошлой жизни все девчачье, женское – особенно наряды – меня немного раздражало и напрягало, я и не думала, даже мысли не допускала, что для выпускного остальные девушки заказывала платья заранее за целые месяцы. Но тогда мне повезло, ни на какой бал я так и не попала – уехала из столицы - искать в последний момент наряд необходимости не было.
Однако, нынче я с Гевином Митчеллом и его семейством ничего общего не имею, и разбираться с всплывшим скандалом несостоявшегося почти жениха по велению отца надобности тоже больше нет. Потому что, ни отец, ни сами Митчеллы сейчас ко мне и на пушечный выстрел не захотят приблизиться.