Эш опускает горячие ладони на мои плечи. Его голос становится тише.
- Но больше я злюсь на себя... Когда я с тобой, мои серьезные мысли превращаются в глупые. Я злюсь на себя за то, что постоянно о тебе думаю. Я злюсь на себя за то, что меня волнует каждая мелочь, которую ты говоришь или делаешь. Я злюсь на себя за то, что не могу на тебя злиться по-настоящему. Мне нравится тебе проигрывать, мне нравится твоя неловкая, неумелая забота, нравится на тебя смотреть, целовать твои губы, вдыхать твой запах…
Он смотрит мне в глаза. Ласково, нежно, с такой…любовью.
Будь со мной груб, чтобы я и думать ни о чем не смела. Дави на чувство стыда и угнетай мою совесть. Призови меня к ответу, обвиняй, прогони прочь, оттолкни…
Большая ладонь замирает в миллиметрах от моей щеки и губ, не касаясь и не отступая.
Что меня останавливает? Что пугает меня до ужаса, из-за чего я не могу, не могу какой бы трепет не вызывали слова Эша, предаться этой мечте без остатка: неопределенность будущего или боль прошлого?
- Чего именно ты боишься? – спрашивает он мягко.
Опускаю взгляд, не в силах смотреть ему в глаза.
- Я…боюсь разрушить твой шанс на нормальное счастье. Боюсь стать для тебя несчастьем.
- А это уже мне решать.
Мокрые от слез и капель дождя губы накрывают чужие требовательные уста.
Автор: Ну а вы что думали, каждая ссора заканчивается горячим примирением.
Целоваться с Эшем довольно приятно. Но из-за очередного раската грома и пробравшего меня озноба, продолжить и углубить поцелуй, на что явно надеется главный герой, мне не хочется. Легонько отталкиваю ножнами в руках мужчину, явно не ожидающий такого исхода полковник Эйдж прикусывает мне губу.
- Нет, это…Ничего стр…
- Почему твоя кровь такого цвета?
Эш вмиг становится серьезным. Касается пальцами прикушенного уголка губ и хмурится.
Не успеваю спросить куда. Он берет меня за руку и тянет за собой.
Стремительно пересекаем площадь и оказываемся в здании городской администрации. Здесь разместился штаб дивизии после освобождения Гаскилла.
Эш точно знает, куда нам идти. Распахивает входные двери, не обращая на занятых работой подчиненных, молча проходит быстрым шагом вглубь, утягивая меня следом.
Все так же прижимаю, обняв свободной рукой, ножны с мечом. Красная потрепанная кисточка на рукояти болтается перед лицом. Все попытки объяснить, что я в порядке, терпят крах. Меня не слышат и не слушают.
Наконец, длинноногий полковник Эйдж – пришлось перейти на бег, чтобы за ним поспеть – резко тормозит около распахнутых настежь дверей. Носа касается запах целебных мазей.
- Можешь ее осмотреть? Кровь не должна быть такой яркой, прошло пять минут, а она не запеклась и не остановилась, - с ходу говорит Эйдж, обращаясь к стоящему нам спиной мужчине в белой рубашке и темных брюках.