Автор
Щеки женщины застывают при воспоминаниях. Она словно слышит несознательные прикосновения — гладь и троганье, будто испуганное дитя. Такого ожесточенного внимания уже давно не было, кажется, десяти лет точно. А вспомнить тогдашний мир... Лето было по-особенному зелёным, волосы — светлыми, как солнце над полей. Теперь всё другое: серые тени и холодный мрак....
— Знаешь, когда я была маленькая и болела, мама часто ложилась со мной, обнимала и говорила, что моя боль перейдет к ней. Что она ее забирает. А я спрашивала, как же так? Ведь тогда ей будет больно? А мама смеялась и говорила, что она — сильная, что ей не страшно. Я верила, и боль уходила.
Я не дышу в этот момент, столько в ее словах искренности, а в движениях — невинности. Она лежит рядом, гладит мою грудь, аккуратно кладет голову, чтоб слышать стук сердца и ни в коем случае не потревожить рану. И бормочет тихим, успокаивающим голосом:
— И знаешь… Это помогает, правда-правда! Когда Богданчик маленький был… Сын Лады, моей подруги… Он заболел сильно, температура, озноб… Мы с ней легли с двух сторон, обняли его, и на утро стало легче.
От ее теплого дыхания на коже — мурашки по всему телу, непроизвольно. Я пытаюсь раздышаться, но мешает что-то в груди. Не дает.
— Я просто полежу рядом, и твоя боль уйдет. Ко мне. А я — сильная. Я выдержу. Правда-правда.
Ее макушка пахнет корицей, чуть-чуть. Вкусно и волнующе.
Я лежу, смотрю в потолок и не хочу, чтоб это прекращалось.
Тепло ее тела, ее сладкий голос, ее мягкий запах…
Лапочка. Рыжая лисичка, доверчивая и нежная…
— Вот хорошо, если б ты пришел в себя, — шепчет она тихо-тихо, — и не гнал бы меня, позволил поблагодарить… Я бы испекла печенье с корицей, я умею, оно такое вкусное получается… Ладе и Богдаше всегда так нравилось… И тебе бы понравилось, точно-точно… Очень вкусно с кофе с молоком… Я все время так ем… Господи, какие-то глупости все говорю… Глупости… Я очень надеюсь, что тебе легче.
«Затем, что ты была рядом, в опасности», — хочется мне ответить, но молчу, естественно.
Вчера, когда мы с моим другом Питером, поехали забирать его беременную женщину в больницу, едва не разминулись с тварями, которым заказали похищение.
Мой друг — владелец крупной фарм-корпорации, а я ему помогал наладить систему кибербезопасности в этом регионе. Это официальная причина нашего здесь нахождения.
А неофициальная, но доминирующая — внезапная любовь Питера. Как и любая такая фигня, случившаяся резко и против всяких правил.
