И, кстати, если убийца тоже будет мужчиной, она отойдёт в сторону и будет наблюдать?
— Я не понимаю, чего ты пристала к Санне? — опять выражает он мне своё недовольство, как будто не понимает, что я пытаюсь ему донести.
— Да, не к Санне я пристала, как ты не поймёшь этого. Я пытаюсь донести до тебя, что законы у вас не совершенны, женщины тоже люди. А получается, что без мужчины им шагу нельзя ступить.
— Законы направлены на защиту женщин. Давай, ты сначала их изучишь, а потом мы с тобой поговорим о несовершенстве законодательной базы.
Я пожимаю плечами. Так, значит так. Не переубедить.
— Ты, не успев попасть в империю, уже хочешь сделать переворот, — говорит Гио и при этом как-то странно смотрит на меня.
— Не хочу я делать никаких переворотов. Я пытаюсь донести до тебя, что женщины тоже должны иметь право голоса. Их заявления должны рассматриваться, кто тут у вас занимается насилием в семье?
— Очень давно было сделано пророчество для империи. Кто его сделал и с какой целью неизвестно, но оно начинает сбываться.
— Что за пророчество? — заинтересовалась я, отвлёкшись от темы моего участия в перевороте.
— В пророчестве сказано, что, когда маг обретёт истинную пару, воин полюбит женщину и поставит её выше долга, а император возьмёт в жёны ведьму из другого мира, рухнет старый порядок и на его руинах возродится новый.
Во мне что-то оборвалось. Ледяной холод заменил в душе безграничное счастье, которое заполняло меня доверху в этот день.
— Так ты со мной из-за пророчества? — шепчу я. На глаза наворачиваются слёзы. Как было хорошо, до этого пророчества. — Вот я дура! Уходя — уходи. Так нет же, поверила опять в твои россказни.
— Ты всё не так поняла, — начинает свои оправдания Гио.
— Я всё не так понимаю, — тихо говорю я. Он вытянул из меня душу. Не могу больше. — Это ещё один аргумент в пользу расставания.
— Лиль, зачем ты всё переворачиваешь с ног на голову. Зачем всё усложнять, — терпеливо, словно маленькому ребёнку говорит Гио. Показывая, что мой уровень интеллекта не выше, чем у дитя.
— Послушай, ты пришёл и принёс мою кошку, разобрался с бедой Санны, и я почти поверила, что это всё из-за меня, — я не могу сдержать слёз. Они капают крупными каплями из глаз мне на грудь. — Но нет! Оказывается, из-за пророчества.
Он молчит. Почему он молчит? Может, он не хочет исполнения пророчества? А я на него напала. Но в таком случае, зачем прицепился ко мне, как клещ. Я уже и ушла, а он всё равно пришёл. Как собака на сене.