Автор
В драматическом мире подружек появилась Даша — первая девушка цирка, которая решается остаться в родном городе после заключительных гастролей. На целый месяц она получает шанс быть самой собой — и не просто так, но с серьезными оговорками. А вечером уже обсуждается первый отъезд цирка и планы на приключение вне зоопарка....
Ну все, пока!
— Зато в споре нашем тебе тогда вообще ничего не грозит, — попыталась перевести в шутку Мелисса, самая рассудительная и ответственная из нас, — Сейчас март и до лета встречаться не будем. Нормальных все равно нет на горизонте, одни парнеподобные попадаются. Ну, й а дальше подумаем, как тебя из кабалы вытягивать. Пижонам, летающим, точно не отдадим!
— Можете мне срок увеличить на сколько хотите, — уверенно заявила я девочкам, — Сто к одному не проиграю. Курсовую мою сами пишите. Ха-ха.
В конце подразнила подружек.
Мы вспомнили о той, второй причине, почему привлекать внимание последнее, что нам сейчас надо.
Неделю назад состоялся серьезный сговор троицы. Серьезность есть. И самая настоящая!
У каждой из нас забит в таймер срок до лета провести в свободном статусе. Таковы условия. Причины у каждой разные для заключения пари. Но я-то считаю свои самыми беспроигрышными, вот и девочки убедились, потому вижу… как мне машет Победа.
Подружки тоже проигрывать не хотят.
Писать за всех победителей курсовую!
Это значит, мою кто-то напишет или придется мне, если выиграем вместе. Третьего варианта не представляю.
Не прилетит же ко мне принц.
Заняли свободный столик, особо не выбирая. Почти сразу сделали заказ. И продолжили болтать. Тем для обсуждения у троицы накопилось много. Мел бесилась в связи с атаками обаятельного нахала по прозвищу Тигр. На нее охоту целую открыли. Ангелок не меньше разволновалась и решила поделиться кошмаром, связанным со студентом ее мамы.
Стоило ей начать, как вдруг…
— Ай-й!
Я почувствовала удар в затылок.
Будто что-то «бац» и стукнуло.
Схватилась за голову и в недоумении подняла глаза к потолку. Падать оттуда нечему. Погрузила пальцы в волосы, они у меня густые и завиваются.
В своей шевелюре нашла застрявшую пулю. В масле и зеленую.
Куполом об манеж!
— Да это же оливка! Кому делать нечего?! — заорала я, и развернулась назад в поисках меткого шутника.
Девочки тоже вскрикнули.
Искать гада не понадобилось. Лучше б я и не нашла его. Но стрелок не скрывался, храбрец. Пока еще храбрец, доберусь до него, узнает, как хохотать надо мной со своими дружками. И показывать вторую оливку, подразнивая следующим попаданием.
Я вот, если стулом брошу, тоже не промахнусь.
Но сначала разберусь, по-людски. Не совсем же я дикарка. Газели считают, что на всю голову.
Не-ет, сказала же, самостоятельная и спокойная жизнь началась на месяц.
