Автор
В бешенстве и растерянности ждет лифт — мир вокруг тускнеет безобразием, а внутри головы мелькают разные варианты ушатов слез или кулаков. Вдруг услышала шепот на другом конце провода — Левин теперь Бергман, и она забеременела случайно, как будто жизнь сама не имела права творить такие злодейства....
Повалив обратно на диван, он с урчанием начинает меня жамкать, впиваясь пальцами, покрывая поцелуями и потираясь о меня внушительной эрекцией, будто хочет меня сожрать.
И пустота внизу живота начинает чувствоваться почти физически. Я шалею от напора Влада. Меня затягивает в темный водоворот. Козырев стремится придавить меня, зажать, стиснуть, чтобы оставить отпечаток, и места его голодных прикосновений начинают гореть.
Что-то меняется, и я, отбросив все лишние эмоции, жажду, когда Влад выплеснет на меня свою мощь.
Я теку, будто инфицированная потребностью Козырева в моем теле.
И, наверное, только теперь я перестаю задумываться, с чего бы такому, как Влад, так стремиться со мной переспать. Для галочки он все сделал вчера, а сегодня на трезвую голову я уже не могу не замечать, что у него реально сносит крышу.
И я опьяненная этим сумасшествием царапаю его кожу, вжимаюсь в него.
Увы, Козырев не долго позволяет мне вольности.
Секунда, и я снова на животе, а его член втискивается в голодную щелку, пока меня покусывают за шею. Ударив головкой в самую глубину, Влад хрипя вколачивается в меня, и я постанываю в такт толчкам.
Кажется, я начинаю привыкать.
Эпилог
Полгода спустя
– Ты чего вчера так быстро ушла? – зудит Левина в трубку. – Артемьев залетал на огонек. Он опять с своей Козиной расстался. Там такая Санта-Барбара…
– Меня Севка ждал, – жалюсь я.
– Ну и что, что в темноте? Ему, что, книги читать? Просто ты тряпка, а со своим декретом помираю без сплетен! И вообще, где Козырев?
– Он все еще на съемках. А я вот на хозяйстве. Он там жарится на солнышке, я в слякоти бдю за его котом.
– А почему с собой тебя не взял? – строго спрашивает Янка. Все никак не привыкну называть ее Бергман. Даже в телефоне до сих пор не переименовала.
– Да звал он, но у нас переаттестация, завкафедрой как с цепи сорвалась, вот и не вырвалась, – с отвращением произношу я, вспомнив, какое количество макулатуры приходится производить из-за всей этой кутерьмы, и это в наш век цифровизации, блин.
"– Несправедливо, – сочувствует мне подруга, и я абсолютно с ней согласна. – Совсем тебя на работе заездили, исхудала вся. Бледная.
– Да это не на работе, – стыдливо признаюсь я. – Это я сдуру Козыреву сболтнула, что использую его как сжигатель калорий, вот он теперь и старается.
