Автор
В дверях кабинета клиента толкнули небольшого роста девушку. Он смотрел на неё так, словно рассматривал ходячее недоразумение. Раздражение скользило в каждом его жесте, показывая, как возмущен тем, что эта юная особа требует больше от него, чем обычный гонорар.
Он хотел что-то сказать, но я повторила выпад. Тело было хоть и мертвым, но тренированным, а бесчувственным мышцам ничто не мешало разгуляться. Извеков сделал обманное движение, но все равно получил в ухо.
— Хватит же! Дождись ночи, тогда сможешь поохотиться вдоволь! — возмущенно завопил он, и я вдруг поняла, что оба удара принесли мне разрядку. Настоящую эмоциональную разрядку. Вид поверженного Извекова, его кровь, его крик принесли мне облегчение. Напряжение, постоянно подогреваемое моими же собственными мыслями, спало, и я почувствовала желание остаться в одиночестве.
— Уйди, — коротко попросила я. Валерий хотел что-то сказать, но махнул рукой и вышел, прижимая к губам ладонь.
Я села в кресло, закрыла глаза и стала медленно перебирать ворох новых ощущений, в который я с самого моего пробуждения — или воскрешения — сваливала все факты, все события, все свои эмоции. Я помнила предупреждения Валерия о том, что не стоило зацикливаться на своих переживаниях. Но не думать о себе теперешней и о той, что умерла на аллее, я не могла.
Если Александра и собак мне удалось относительно безболезненно «проехать», то ко всему, что касалось Олега, прикасаться оказалось почти физически больно. Перед моими глазами встало его окаменевшее лицо, широко распахнутые и совершенно по-детски беспомощные глаза.
Мне вдруг показалось, что я слишком рано сдалась тогда.
Значит, Олег видел меня мертвой… И если он жив, то и он, и Юрка сейчас уже хоронят меня, и что самое смешное, они совершенно правы. Я постаралась представить себе, что они сейчас должны чувствовать, и страшное напряжение опять в один миг скрутило меня. Если бы я не была… одним словом, если бы я была жива, я могла бы горько и громко заплакать. Я ревела бы в голос над нелепой смертью и над еще более нелепой и жестокой жизнью после смерти.
Ну вот, уже и я загорелась этими опасными мыслями.
