Автор
Героиня путешествует сквозь множество дверей Рая, открывая перед собой удивительные миры. Каждая реальность уникальна и волшебна, наполнена необычными деталями природы и культуры. Её дерзость позволяет ей исследовать границы между мирами и искать ответы на вопросы о смысле существования и...
— Можно! — Извеков махнул мне рукой. Я вышла из тамбура, и туман окутал мня сочными клубами, которые, казалось, имели вес.
Валерий пошел вперед, постоянно оглядываясь и не опуская руку с пистолетом. Но вокруг было тихо: только камни. Каменные стены какого-то ущелья. Туман, вместо того, чтобы подниматься вверх, прижимался к земле. Ущелье, сначала узкое до такой степени, что двое едва могли разойтись в нем, постепенно расширялось и в конце концов закончилось. Мы вышли на поросшее чахлой травой плато. С одной стороны — обрыв. С другой — горы. Клубы тумана витали вокруг, иногда разделяясь на отдельные пласты, каждый из которых совершал над поверхностью земли совершенно самостоятельные движения.
Это был действительно «каменный мешок». Каменный мешок с туманом.
— Ты выбрал для Александра не очень симпатичный мир, — заметила я.
— Ты не права, — отозвался Валерий. Он продолжал бдительно следить за местностью.
— Может быть, ты объяснишь, чего мы боимся?
— Здесь множество самого разнообразного хищного зверья. Это единственное, чего в этом мире нужно опасаться… Стой!
Извеков замер на месте. В следующую секунду я услышала странное шуршание, похожее на звук, который издает при ходьбе человек, одетый в спортивный костюм из ткани типа «болонья». Звук приближался, но множественные отражения от стен каменного мешка не давали понять, кто и откуда стремится к нам.
Извеков, несомненно, лучше ориентировался в обстановке. Схватив меня за руку, он оттащил меня под самую скалу и затолкал в расщелину.
— Это эскора, у них отличное зрение, но плохое обоняние. Она разглядела нас со скалы, но здесь не найдет. Не высовывайся.
Мне осталось наблюдать из-за его плеча. Шуршание стало слишком громким, и из тумана короткими неловкими прыжками выскочила невероятно уродливая птица.
Размерами она превышала самого крупного страуса. Длинная шея была хищно вытянута вперед, маленькая головка вертелась из стороны в сторону. Клюв, широкий и острый, был жадно раскрыт. Длинные, растопыренные, словно у испуганной курицы, крылья волочились по земле. Но самым мерзким было то, что эта курица, толстая и неуклюжая, была абсолютно голая, без единого перышка. Ее кожа свисала с боков складками, словно из птицы выпустили немного воздуха. Такие же складки покрывали толстые бедра-окорока. Эти-то складки и издавали при передвижении птицы противное шуршание.
Птица промчалась мимо нас, не заметив. Валерий облегченно вздохнул и выпустил меня из расщелины.
— Теперь можем идти дальше.
