Автор
В дверях кабинета клиента толкнули небольшого роста девушку. Он смотрел на неё так, словно рассматривал ходячее недоразумение. Раздражение скользило в каждом его жесте, показывая, как возмущен тем, что эта юная особа требует больше от него, чем обычный гонорар.
И небо, сейчас такое голубое и чистое. Впрочем, в пасмурную погоду, которая вот-вот завладеет осенним побережьем, на это окно начнут натыкаться тяжелые тучи…
— Я вижу, тебе нравится, — заметил Извеков.
— Впечатляет, — коротко ответила я, чтобы не особенно выдавать свои эмоции, и поспешила отойти от окна.
— Попробуй сделать так, чтобы Валерий это заметил. Тогда он решит, что завоевал тебя целиком, и не будет стремиться переломить тебя силой. И ты, возможно, выиграешь время.
— Ты хочешь сказать, что Валерия так легко провести?
Александр тихо рассмеялся:
— Увы!.
В том, что Извековы оба сумасшедшие, я больше не сомневалась. Как и в том, что человека, попавшего сюда без какого-либо предубеждения, мгновенно очаровывало это странное место.
Оставив Извекова одного, я прошла за тяжелые занавеси и очутилась в зеркально-мраморном помещении, которое напоминало не ванную, а скорее парадный зал какого-то дворца.
Минут через пять я уже лежала в ванне и рассматривала себя в потолочных зеркальных полосках, пока не устала.
Бесшумно двигаясь, в ванную вошла молодая женщина с бесстрастным бледным лицом. В руках у нее было что-то длинное из красной шелковой ткани. Она забрала мою грязную одежду, и положила свою ношу на ее место. Не сказав мне ни слова, она подошла к одной из стен, открыла практически незаметную дверь и вынула из встроенного шкафчика махровую простыню.
Когда я вылезла, наконец, из ванны, завернувшись в простыню, оказалось, что мраморно-зеркальный пол за время моего купания стал теплым, поэтому ступать по нему можно было, не съеживая ступней.
При ближайшем рассмотрении, кусок красной шелковой ткани оказался каким-то импровизированным халатом, скроенным наподобие японского кимоно.
