Автор
В помещении царила мертвая тишина, а страх за свою жизнь резал сердце. Но решившись на выход, женщина взяла все его дара и кулон, который теперь был её единственной связью с тем временем, когда любовь была безграничной.
— Я тебя люблю, — шепчет он, пока стоим с ним рядышком плечом к плечу, а женщина начинает зачитывать нам стандартное напутствие.
Мы же с ним…
Ловим каждое слово, пропуская через себя.
Почему-то для меня это больше, чем речь.
Только не с ним. Ведь всё это правда. Теперь я понимаю, что высокие слова о любви — не всегда чушь или враньё. Порой и в жизни нам приходится сталкиваться с настоящим…
Мы обмениваемся кольцами, впервые целуем друг друга, как муж и жена.
Я — Адова Екатерина Андреевна… А ты — мой Ад. Навсегда.
* * *В ресторане творится сплошной балаган. Я, пожалуй, ещё никогда не была на такой свадьбе. Как гостья, разумеется… Так много людей, которых я даже не знаю, но у мамы Марины и братьев Адовых не просто дохрена родни и друзей, там их даже не сосчитать.
— Я сейчас упаду в обморок, — заявляю, когда выходим в центр зала для танца. Муж перехватывает меня за руку и уверенно ведёт, ухмыляясь, пока все наблюдают за нами и умиляются.
— Не упадёшь…Знаешь, какая ты красивая…У меня дыхание сбивается…
— Ты тоже.
— Знаешь, что хочу? — притягивает меня к себе, закружив в танце.
— Не трудно догадаться… — издеваюсь, на что он заливисто смеется прямо мне в ухо.
И даже это во мне землетрясение устраивает.
— Нет, ты не поняла, хотя это бесспорно тоже, но…Я хочу, чтобы ты повисла на мне, как тогда в первый день в клубе. Вот прямо здесь среди всех этих людей. Чтобы ты повисла и сидела у меня на руках, пока они шумят вокруг…Чтобы уткнулась носом в шею и ворчала…Отпусти меня…Глеб Александрович…А я бы тогда… — наклоняется в моему уху и проводит по нему носом.
— И даже не сказал бы, что у тебя затекла спина? — игриво выгибаю бровь, подшучивая над ним.
— Ты запомнила?
— Конечно. Каждый момент, Адов! Каждый! Я запомнила всю нашу историю и потом буду пересказывать детям!
— Тсссс…таких вещей нельзя рассказывать детям, — шепчет он, на что я смеюсь.
— Дурачок…Я без этого, — хохочу в ответ, и ловлю его голубые глаза своими.
— Думаешь, случится чудо? — спрашиваю, на что Глеб кивает.
— Случится, ведьма…Наша ведь свадьба. А там, где мы, всегда сплошные чудеса, — смеётся он, резко перехватив меня, и становится сзади, сложив руки на мой живот… Так и танцуем.
