Автор
В помещении царила мертвая тишина, а страх за свою жизнь резал сердце. Но решившись на выход, женщина взяла все его дара и кулон, который теперь был её единственной связью с тем временем, когда любовь была безграничной.
Думаю об этом, а сама уже иду в его сторону с грацией кошки. — Привет.
— Привет, Катюш, — выдаёт спокойным тоном. — Как ты? Выглядишь просто охуенно…Прости за прямоту.
— Спасибо, — отвечаю волнительно, опустив при этом взгляд. — Ну и что ты здесь делаешь? Какими судьбами?
— Слышал про вечеринку от знакомых. Решил, что ты точно здесь будешь. Хотел увидеть, — признается он излишне честно, и я киваю. — Потанцуешь со мной? Мне не понравилось, как мы в прошлый раз расстались…
На секунду подвисаю. Почему бы и нет? Не только же той сволочи лапать кого-то на моих глазах.
Незамедлительно соглашаюсь, взяв его за руку, и веду в то самое место, где вытанцовывала до того ужасного разговора с Глебом.
Паша резко и динамично прижимает к себе и тут я вспоминаю. Точно!
Он же занимался танцами. Всегда классно это делал.
Я тут же заливаюсь в хохоте и растворяюсь в улыбке, когда сильные руки Паши закручивают и порабощают. А ещё он такой высокий. Наверное, все два метра. Я точно сломаю себе шею, пока буду смотреть ему в глаза.
— А у тебя здорово получается! — перекрикиваю музыку, потираясь об него бёдрами.
А взгляд сам ищет Глеба в толпе и приговаривает:
Смотри, смотри, смотри. Ублюдок! Так тебе и надо!
Нахожу его суровый озлобленный своим беспринципным и ещё сильнее льну к Паше, чтобы заставить его обхватить себя руками и зажать в кольцо. Так и делает. Поддаётся манипуляциям моего тела за считанные секунды, а у Глеба, кажется, инсульт на подходе. Во всяком случае он забывает про свою спутницу, пока Светка всячески пытается его ублажать.
— Классно двигаешься, — хвалит Павел, а мне даже становится немного стыдно от своего развратного танца, но похрен. Недовольная рожа Глеба того стоит!
Вытанцовываю и вдруг вижу, как ладонь этой голубоглазой сволочи ползёт вниз прямо на Светкину ягодицу и тут меня в прямом смысле слова прорывает.
Ах ты козёл ебливый! Сволочь ты чёртова! Получай!
Не проходит и двух секунд как я страстно впиваюсь губами в Пашины и начинаю жадно целовать его на глазах у всех, как одичалая самка какого-то зверя.
Распахиваю глаза только чтобы посмотреть…
Одним глазком…
И что вижу?
Выражение лица Глеба будто искренне охреневающего от происходящего человека, оно говорит само за себя. Он меня буквально ненавидит. Кулаки сжаты. Челюсть стиснута до предела, кадык дёргается в конвульсиях.
