Автор
В помещении царила мертвая тишина, а страх за свою жизнь резал сердце. Но решившись на выход, женщина взяла все его дара и кулон, который теперь был её единственной связью с тем временем, когда любовь была безграничной.
Только успеваю снести пидора с ног, отобрать у него его ствол и начинаю его бить. Убивать нельзя. Нужна ведь инфа.
— С кем ты? Один, бля?! Отвечай!
— Один, — выплевывает он зуб, а вместе с ним, кажется, кусок языка.
Оставляю его лежать. Целюсь в лодыжку, чтоб не убежал. Нажимаю на курок один раз, раздается громкий выстрел, крик этого гондона. Он истошно собирает все молитвы вперемешку с матами. Истинный ценитель богохульства! Аминь! Аллилуйя! Нахуй!
Едва успеваю развернуться, как наблюдаю картину, как моя бежит со всех ног, утопая в снегу и кричит моё имя на всю округу, срывая горло, наверное, до крови.
— Глеб, Господи!!! Глеб!!!
Кидаюсь к ней, естественно. Приятно конечно, что она так волнуется, но, бля, пугать её в таком состоянии тоже не хочется.
— Ты зачем вышла?! Там кто-то есть?! — спрашиваю, прижимая её к себе. Её всю колошматит. Она прижимается ко мне и плачет горькими слезами, не в состоянии сделать новый вдох.
— Нет, я выстрел услы-ша-ла, — кое-как произносит, а в конце и вовсе сдается, повиснув на моих руках.
— Всё хорошо. Я же сказал тебе сидеть внутри. Нельзя тебе переохлаждаться. Идём, отведу тебя обратно.
— А ты?
— А мне надо того уёбка допросить, — кидаю вскользь, указывая головой на воющего, хрипящего, шипящего говножуя.
Катя молчит. Просто держит мою руку, а я взваливаю её на себя и тащу, чтобы лишний раз свои ноги не студила.
— Аккуратнее, — просит она, обвив руками мою шею.
Сердце бьётся в груди, как раненная птица трепыхается.
— Я стараюсь, — отвечаю, на что она мотает головой.
— Я не про себя…Я про тебя…Будь, пожалуйста, аккуратнее…
Улыбаюсь. Как придурок, честное слово.
Это же…Сносит с ног в буквальном смысле слова.
Хлеще любого признания. Но…
Вкупе с тем, что в ней сейчас живёт два сердца…Я понимаю, что она может ещё сильнее любить…Я — глупец, что не понимал этого раньше…
Доношу её до машины, прошу заблокировать все двери и возвращаюсь к тому выродку семимильными шагами.
— У тебя два варианта, — смотрю на него сверху вниз. — Первый. Ты сливаешь всё — увожу до деревни.
— Откуда мне знать, что если солью, не пристрелишь меня сразу после этого?
— Ниоткуда. Сам выбирай, — отвечаю честно, и похрен мне, что он там подумает.
— Ладно, — держится то за ногу, то за бок. — Бля…Сказали следить за девкой. Если соберется куда-то сразу докладывать. Убирать не просили. Про тебя предупреждали. Но о других тачках речь шла. Заметил только через девчонку.
— Успел слить?
— Успел, что выехали.
