Заинтригованная, я подошла к большой коробке, завязанной широкой голубой лентой на огромный бант. В точно таких же коробках недавно были доставлены наряды от мадам Дюваль. Нахмурившись, я открыла крышку и помрачнела еще больше. Первое, что бросилось в глаза, — это корсаж, расшитый речным жемчугом и хрустальным бисером. Это оказалось прекрасное свадебное платье из белоснежного шелка.
— Примеряйте! — Горничная не удержалась и провела рукой по гладкой ткани, жмурясь от удовольствия словно кошечка, разве что только не мурлыкала.
В горле встал комок: время неумолимо приближало мою свадьбу. Тобиасу хоть и стало лучше, но в качестве своего мужа я его все равно не видела. Думала — привыкну, смирюсь, но прошло слишком мало времени, и последние события уверили в том, что я никогда не смогу быть счастлива в этом браке. Обрекать себя на бездетность, быть лишенной возможности находиться в объятиях любимого мужчины… Хуже может быть только то, что Тобиас захочет консумировать брак и стать настоящим мужем.
На мгновение закрыла глаза и представила, как его толстые пальцы гладят мои обнаженные бедра, и чуть не закричала от ужаса.
— Миледи, что с вами? — Миа напугалась и даже немного побледнела, пытаясь понять, что меня так расстроило.
— Этот брак… Я не хочу его… — Я разрыдалась, совершенно не заботясь о том, что соленые капли падают на дорогую ткань, оставляя на ней темные точки.
— Все будет хорошо, миледи. — Горничная подошла ко мне и обняла.
— Сама подписала себе приговор, — плакала я на плече у служанки, размазывая слезы по щекам. — Меня никто не заставлял, не стоял с приставленным у горла ножом…
— Зачем же тогда вы согласились?
— Хотела помочь Дивее стать королевой, помочь отцу вылечить ногу. Думала, что жизнь во дворце будет похожа на сказку. Но все, что я здесь вытерпела, больше похоже на кошмарный сон.
— Тогда бегите! — На щеках Мии заиграл лихорадочный румянец. — Откажитесь, пока не поздно, и уезжайте в свое поместье.
— Не получится, — всхлипывала я. — Дивея сказала: договор составлен таким образом, что, если я откажусь, придется выплатить огромную сумму неустойки. Это окончательно разорит нашего отца.
— А вы сами видели бумаги? — задала горничная разумный вопрос.
Я задумалась. Раньше мне и в голову не пришло бы, что сестра могла обмануть, но сейчас эта мысль казалась не такой уж и дикой.
— Ты права. Дивея вполне могла солгать про такое условие.
Я сощурила глаза от злости. Слезы высохли, и я принялась нервно ходить вокруг кровати, меряя шагами спальню. После долгих размышлений решила, что сама лично взгляну на договор и поговорю с королем. Если есть хоть один шанс избежать брака с принцем, я им воспользуюсь.
Когда вышла из комнаты, боевой дух немного поубавился.