Недалеко от университетского крыльца, где воздух напоминает привкус старых итальянских улочек, ладони не стесняются в хватке. Плохо, что очки снова слетели с носа, словно поддержка дружелюбного улыбочку. Хмурюсь, собрав беспорядочные вещички из рюкзака, ищу свои очки в тесных объятиях его. Не так важно, что я слепой крот — но это чувство за пределами университетских стен ощущается неуместно....
Там все, как на подбор, здоровенные лоси и носятся по полю, не замечая путающихся под ногами мелких соперников.
Естественно, компания Шатра в полном составе. Костян, Сашка, Рубен и сам Шатер, в шортах и футболках, в одной команде и сметают всех на своем пути.
Невольно засматриваюсь игрой.
Хотя, чего там скрывать? Игроками.
Игроком.
Шатер, конечно, хорош. Рядом со мной, чуть выше, сидят девчонки с его курса и громко обсуждают его постельные достоинства и недостатки. Прямо со знанием дела обсуждают, с полным… эээ… владением материала.
Мне не особо приятно это слушать, но почему-то интересно.
Выясняется, что Шатер — не то, чтоб ходок, но зверь в постели. Это все говорят. Откуда эти «все» знают — непонятно, обоснуй в стиле «подруга моей знакомой с ним зажигала и рассказывала».
Я оценивающе разглядываю Шатра, который как раз останавливается на поле и стягивает через голову футболку.
Сзади сдавленный «Аххх!».
Машинально считаю кубики на плоском животе и соглашаюсь с соседками.
Ему бы в моделях подвизаться, поднял бы бабло. Сочетание дерзко-смазливой самоуверенной физиономии и невозможно красивого гладкого тела — джек-пот, мать его!
Шатер вытирает майкой пот, сзади утроенное «ах-ах-ах».
У меня неожиданно сохнут губы. И бьется сердце. Отслеживаю в себе эти изменения, удивляюсь.
Это еще что за новости?
Никогда такого дерьма за мной не водилось…
Злюсь, еще раз, прищурившись, оглядываю фигуру Шатра, стараясь отстраниться.
Ну красивый парень, да.
Красивый.
Ничего не скажешь.
Вот и не буду ничего говорить. От греха.
И тут неожиданно Шатер поднимает голову и смотрит прямо на меня.
Нет, конечно, клуши сзади по свои восторженные ахи и вздохи уверены, что он их своим вниманием решил порадовать, но у меня мозги эстрогеном не засраны (я надеюсь), а потому направление шатровского взгляда вижу сразу.
И замираю, словно на месте преступления поймали, пытаюсь сходу придумать наиболее вероятное развитие событий.
Он смотрит. Видит, что я смотрю.
Что подумает? Что я, как и говорили его друзья в самый первый день нашего знакомства? Заднеприводный?
Или что?
Надо просто отвернуться. А вдруг решит, что боюсь?
А не слишком ли много я думаю???
— Эй, полурослик! — Шатер зовет меня настолько неожиданно, что даже подпрыгиваю на месте, таращусь на него с трибуны.
