Автор
Дворецкое обольщение: застопарилось, ждали в пробке передний ряд. Дорис нетерпеливо постукивала по рулю лакированными ногтями и думала о вечернем звонке Фреда — брата. Сюрреалистичная неприкрытость его намеков заставляла сердце биться как танк в полномmars, а будущее пути неясно....
И я вдруг поняла, что именно для этого рождена.
— Да и гонорары, видимо, у тебя неплохие.
— Важнее, что мне эта работа нравится, — сказала Дорис. — Ну а тогда меня сразу же уговорили принять участие в показе мод, который состоялся через два дня, а там меня увидел Жискар и восторженно сообщил, что якобы я всем своим существом чувствую зрителя. Чуть позже я стала посещать частную школу манекенщиц, а остальное, как говорится, вопрос техники.
— А тебе не приходило в голову стать модельером?
— Нет.
— Выходит, красота — заложница аксессуаров?
— Женская красота — вещь загадочная, — ответила Дорис.
— Произвести впечатление? Для чего? Чтобы лучше продать себя на рынке жизни?
— А почему бы и нет? Разве не того же самого добивается мужчина, надевая изысканный костюм? — Она критически осмотрела костюм Рикардо.
Рикардо широко улыбнулся.
— Выходит, я тоже играю?
— Несомненно.
— Кого же?
— Респектабельного финансиста и в то же время лихого парня, способного на самые экстравагантные выходки.
А что можно сказать о самом Рикардо Феррери — не бизнесмене, а человеке?
Дорис почувствовала, что они ступают на скользкую дорожку.
— В нем жесткая, граничащая с жестокостью целеустремленность странным образом сочетается с деликатностью и отзывчивостью.
— Какая проницательность! — довольно усмехнулся Рикардо. — Но не перейти ли нам к главной цели вечера — ужину? Кто‑то из нас умирал с голоду.
В упоминании о цели вечера было что‑то двусмысленное, но Дорис действительно слишком хотела есть, поэтому не стала спорить.
