Автор
Дворецкое обольщение: застопарилось, ждали в пробке передний ряд. Дорис нетерпеливо постукивала по рулю лакированными ногтями и думала о вечернем звонке Фреда — брата. Сюрреалистичная неприкрытость его намеков заставляла сердце биться как танк в полномmars, а будущее пути неясно....
Не колеблясь больше ни секунды, она повернула ключ зажигания, развернулась и поехала на север. Минут через двадцать, подкрепившись двумя чашками кофе и на удивление приличным стейком, она решила все‑таки вернуться домой.
В час ночи она поднялась на лифте и, позевывая, пошла по коридору к двери своей квартиры. Ох, и высплюсь сейчас! — с блаженством подумала она и застыла в оцепенении. В конце коридора стоял высокий мужчина.
Рикардо! Нигде от него нет проходу. В Дорис разом закипела вся ее злоба, и она налетела на него как коршун.
— Какого черта ты здесь делаешь? Рикардо удивленно приподнял брови.
— А где твое «здравствуй»? Ай‑ай‑ай, нехорошо. Какая муха тебя укусила? — Он говорил спокойно и медленно, но ей показалось, что он зачитывает ей смертный приговор. — Я как последний дурак звоню Жискару, и он мне сообщает, что, если бы в городе проводился хоть какой‑нибудь показ мод с твоим участием, он бы непременно узнал об этом первым.
Дорис растерянно моргнула:
— А когда это ты реагировал на мои просьбы оставить меня в покое? И потом, давать тебе объяснения…"
"— По‑твоему, — немного помолчав, сказал Рикардо, — я не имею права знать, что с тобой происходит?
Его слова были последней каплей. Весь накопившийся за день гнев прорвался наружу.
— Право? — возмущенно бросила она.
Рикардо прищурил глаза, и на скулах его заиграли желваки.
— Коридор — не лучшее место для выяснения отношений. Где ключи?
Не обращая внимания на ее протесты, он вырвал сумочку из ее рук, вытащил ключи, а когда она попыталась отобрать их, без лишних слов подхватил ее на руки и понес к двери.
— Отпусти меня, негодяй! — брыкаясь, кричала Дорис. — Отпусти меня, черт бы тебя побрал!
Не обращая внимания на ее протесты, Рикардо свободной рукой отпер дверь, внес ее в квартиру и поставил на пол.
Дорис мгновенно затихла.
— Ну что, объяснимся? — спросил он спокойным, а оттого вдвойне зловещим тоном.
— Объяснимся? — ядовито переспросила Дорис. — Пожалуйста! Вы решили, что умнее всех на свете, а с такой дурой, как я, можно и вообще не церемониться, да? Вы — это ты, мой отец и мой братец.
