Автор
Он кажется обычным человеком — здоровым, счастливым. Но бессонница мучает его не всегда. Иногда он быстро засыпает, но чаще всего Себа просто провисит на подушке, заставляя себя ждать утра. Каждый вечер становится еще мрачнее, и он тратит больше времени на бесполезные дела, вместо того чтобы просто уснуть....
— Такая малость лишь отчасти позволит мне расплатиться за столь дивное место в Опере. — Он решил воспользоваться случаем и вовлечь в разговор мисс Уинслоу: — Вам необыкновенно повезло, что при первом же посещении оперы вы сидите именно здесь.
— Я с нетерпением жду начала, — ответила она.
— И ради этого даже готовы мириться с таким соседом, как я? — спросил он, понизив голос.
Он увидел, что она изо всех сил старается не улыбнуться.
— Вот именно."
"— А мне-то постоянно твердят, какой я обаятельный! — посетовал он.
— Правда?
— Что я обаятельный?
— Нет. — Она снова боролась с улыбкой. — Вы правда часто об этом слышали?
— А, это! Да, случалось. Не от родственников, конечно.
На сей раз она улыбнулась. Себастьян почувствовал необъяснимое удовольствие.
— Ну да, я живу единственно для того, чтобы их раздражать, — добавил он.
Она рассмеялась.
— Вы явно не старший ребенок в семье.
— Почему вы так решили?
— Потому что мы ненавидим раздражать кого бы то ни было.
— Мы и, правда, это ненавидим?
— Ох, так значит, вы все-таки старший? — она взмахнула ресницами от удивления.
— Боюсь, я — единственный. Такое разочарование для родителей.
— А, тогда все ясно!
Этот выпад просто не мог остаться без ответа.
— Объяснитесь.
Она живо обернулась. Со слегка надменным выражением лица, но зато и с очаровательной хитринкой в глубине глаз.
— Ну что же, — произнесла она так чопорно, что не знай он, что она старшая в семье, то понял бы это сейчас.
— А школа? — вяло попробовал защититься он.
Она лишь отмахнулась:
— Не имеет значения.
Он секунду помедлил, а потом повторил:
— Не имеет значения?
Она моргнула.
— У вас, безусловно, есть более весомые аргументы.
Она на секунду задумалась.
— Нет.
Он снова некоторое время подождал, и тут она добавила:
— А разве они нужны?
— Видимо, нет, если вы — старший ребенок и достаточно сильны, чтобы размазать остальных об стенку.
Сперва у нее округлились глаза, а потом она расхохоталась. Восхитительным, низким, абсолютно немузыкальным смехом. Мисс Уинслоу смеялась отнюдь не деликатно.
Ему неимоверно понравилось.
— Я била только тех, кто этого заслуживал, — заявила она, отсмеявшись.
Он почувствовал, что сам вот-вот расхохочется.
