В зале магистра Веллес ждала тишина, нарушаемая лишь его отчаянным стоном. Я понимала его горе и тревогу за ученика — ведь долг службы святому делу можно было перенести только до определенного возраста. Аго и Маринка появились не случайно: их интерес к миру призраков и чудес был столь амбиентным, что сложно было отказать....
Массовая трагедия затронула многие семьи, потому пациенты лазарета в любом случае считались везунчиками в сравнении с теми, кто до лазарета недотянул.
Вместо Диминика ответил Ион Стант:
– Милорд, прошу, дайте пройти. Командир отряда действовал по протоколу – он в первую очередь защищал своих ребят.
Но пожилой инкуб не сдвинулся с места и не обратил на берсерка ни малейшего внимания:
– Как ты мог? Что ты вообще такое, Эймовский ублюдок? Думаешь, я не знаю, что ты морочил моей дочери голову только ради положения нашей семьи? Или считаешь, что и сегодняшнее можно простить?
Дим отставил еду на подставку уборщика и неожиданно громко заорал, как будто у него впервые сдали нервы:
– Не прощайте! Я сто лет жил без вашего прощения – и еще столько же проживу! Да я уже давно бросил бы вашу сумасшедшую Кристину, если бы не боялся за любую девушку, мимо которой потом пройду.
– А вот про это мог бы и промолчать, – толкнул его в спину Ион.
От такого откровения не только лорд Фор обескураженно крякнул. Все вокруг замычали и закашляли. Но Диминик болезненно сморщился, схватил меня за руку и потащил дальше.
– Дим, – позвала я, послушно шагая следом. – Теперь он точно не согласится на вашу свадьбу.
Он объяснил уже почти спокойным голосом:
– На нее теперь никто не согласится. Кристина не простит мой выбор. А я теперь не инкуб – я в принципе больше не могу быть с существом, который высосет мою жизнь, как из любого человека.
– Жалеешь, что так вышло? – дрогнувшим голосом уточнила я.
"– Нет, Наташ. Жалею, что потратил столько сил на заведомо провальный бизнес-план. Меня все хвалят, называя хитрожопым гадом, но у моего ума есть недостаток: я способен изобрести тысячу способов достичь цели, когда нужно было просто поменять саму цель. Ты ведь уже в леднике поняла, что я никуда от тебя не денусь?
– Поняла, – я горько усмехнулась. – И все-таки Кристина закрыла тебя собой, пока я стояла как столб.
– Знаю.
