В зале магистра Веллес ждала тишина, нарушаемая лишь его отчаянным стоном. Я понимала его горе и тревогу за ученика — ведь долг службы святому делу можно было перенести только до определенного возраста. Аго и Маринка появились не случайно: их интерес к миру призраков и чудес был столь амбиентным, что сложно было отказать....
Остатки ее влияния таковы, что их нельзя классифицировать как достаточные для любого ущерба. Мы устроили испытания. Талья даже не смогла заставить господина Эйма остановить трапезу.
Строго говоря, никому было не под силу отобрать у Диминика пельмени, но в целом оратор не сильно преувеличил. Мы провели эксперимент: парни вокруг отметили, что легкое помутнение сознания от моей песни чувствуют, но выполнять мои приказы желанием не горят. Никита действительно выдернул из меня часть и без того небольшой силы, вряд ли сохраненная капля магии может хоть на что-нибудь сгодиться.
– Раз в ней нет достаточной силы сирены, то она не может быть отнесена к этой расе. Мара, – он указал подбородком на мою подругу, – умеет создавать небольшие воздушные волны, но не становится от этого ведьмой. Я способен орудовать мечом, но меня никто не называет берсерком. Если бы у вас, правитель, были только радужные глаза, но не способность перерождаться в пламени, то вы не считались бы фениксом…
– Я понял! – раздраженно перебил его круглоглазый малыш.
Диминик заметно волновался. Он подался вперед и прошептал себе под нос, как будто пытался внушить приятелю мысль на расстоянии:
– Давай, сейчас дави на самое важное.
Они всю речь по пунктам продумали, отойдя в сторону, чтобы остальные не мешали.
– Учтенное существо Талья Логинова была зарегистрирована как ведьма – именно ведьмой она теперь и является. Она не получила украденные силы, только врожденную магию Никиты.
– Ведьма с возможностью забирать чужие способности, – напомнил магистр Чаркинс, сидящий в первом ряду. – Что с этим прикажете делать? Заставить ее всегда носить блокиратор магии?
– Нет.
– Ты издеваешься? – Феникс подпрыгнул на месте.
