В зале магистра Веллес ждала тишина, нарушаемая лишь его отчаянным стоном. Я понимала его горе и тревогу за ученика — ведь долг службы святому делу можно было перенести только до определенного возраста. Аго и Маринка появились не случайно: их интерес к миру призраков и чудес был столь амбиентным, что сложно было отказать....
А после удара берсерк сразу потерял ко мне интерес – развернулся уже к подбежавшим друзьям и с ревом схватил за руку первого ведьмака, словно желая вырвать ее из плечевого сустава. Заросли утонули в истошных криках, крови и предсмертных стонах. Чтобы усмирить ярость берсерка, нескольких доходяг не хватит.
А я лежала на земле мертвая и пыталась вспомнить, как точно умерла. Мой череп должен был быть раскрошен, но почему-то даже голова не болела. Он ударил мощно, но особенно сильной боли я припомнить так и не смогла – просто соприкосновение.
– Наташа, уходи! – я услышала издали голос Диминика. – Там был только один заряд!
Поднялась на четвереньки и, пригибаясь к земле, побежала в сторону инкуба. Про что он вообще говорил? Уже в безопасности – вдали от разворачивающейся кровавой бойни – приложила руку к кулону-капельке. Стало ясно, откуда возникло жжение – он разбился и немного поранил мне кожу, а теперь на цепочке висела только целая петелька.
Берсерк меня ударил – и я никак не могла выжить. Но только теперь вспоминалось, что как раз в момент соприкосновения его кулака с моей многострадальной головой на груди что-то взорвалось.
Как и предполагалось планом «Б», стоило нам только выйти из зоны видимости спятившего берсерка, на нас некому было обращать внимание. Он уже убил или искалечил стольких существ, сколько мы сами никогда не смогли бы. Мы добежали до подножия холма, где встретились с Риссаей и Аго – те были в полном порядке. И теперь неслись к усадьбе, сторонясь массовой драки.
