Автор
Вдохновленная идеей непростых отношений на кухне, автор рассказывает о жене, которая, словно по велению судьбы, ненадышенно обнаруживает себе сковородку для приготовления порционных блюд. Но это не просто предмет cookware — она становится символом тревожной измены, когда мужчина днем и ночью стремится обновить свой арсенал кухонных инструментов....
— Чем же тут вчера занимался, милый, что так поздно домой пришел, если даже мебель не посмотрел? — елейным голоском спросила я, заглядывая в его бесстыжие глаза.
Он сглотнул.
— Теперь мы без мебели остались. Не хочешь ли поехать со мной и заказать новую? — Тим замялся и едва заметно покачала головой.
— Ладно, съезди в типографию, забери рисунки блюд для меню, — смилостивилась я."
"Тим с радостью улепетнул. К счастью, мы выбрали самое недорогое производство, и было оно на противоположном конце города. Так что можно быть уверенной, что благоверного я до вечера не увижу.
Что ж, Аполлинария Петровна, пришел ваш час. К моей радости, соседка с готовностью откликнулась и пообещала привести всех подруг, кого заинтересует распродажа новой посуды со скидкой. Конечно, я немного потеряю. Но учитывая, что брала я все по оптовой цене и отчаянно торговалась за каждую монетку, то в итоге рассчитывала, что убытки будут не столь большими.
Старушка пришла в компании таких же приличных и благообразных дамочек.
— А что, здесь ли распродажа? — поинтересовалась одна из посетительниц.
— Да уж поди все разобрали! Я своими глазами час назад видела, как сам Эрнест Кортелло отсюда столы вывозил!
— Я тоже видела, он их так любовно поглаживал! — подхватила другая.
Кортелло?! Так вот кто был тем неизвестным. Имя показалось мне смутно знакомым.
— Я говорила, девочки, место стоящее, — подхватила Аполлинария Петровна важно, — Лорочка, я же тебя просила посуду нам приберечь и не отдавать пока никому.
Я хотела было сказать,что бабулечка совсем запамятовала и ни о чем таком меня не просила.
Аполлинария Петровна стаканчик из рук моих приняла, а сама шепчет:
— Не видишь, я их интерес подогреваю, подыграй мне, — и снова тик начался на левый глаз.
Тут только до меня дошло, что все это было частью представления.
— Совершенно верно, приезжал Кортелло, но не назвал себя. Инкогнито! — сказал я.
— Да что ж я, не признаю его, что ли! — воскликнула первая старушка. — Он, милок, был.
— Там еще покупатели приходили, — подхватила ее подружка, — мужик и женщина, мерзкие такие. Вот уж они голосили, что им мебели не досталось!
Мне оставалось только порадоваться наблюдательности вездесущих старушек, которые увидев одну картинку, строят по ней совершенно невероятные догадки.
— А я еще слышала, что он грозился сковороду забрать, — снова вступила первая.
