Автор
Вдохновленная идеей непростых отношений на кухне, автор рассказывает о жене, которая, словно по велению судьбы, ненадышенно обнаруживает себе сковородку для приготовления порционных блюд. Но это не просто предмет cookware — она становится символом тревожной измены, когда мужчина днем и ночью стремится обновить свой арсенал кухонных инструментов....
— У меня же магии нет, откуда ему взяться? Давайте лучше по первоначальному плану: используем рыбу как начинку. Могу даже с водорослями пирожок сделать, там коллагена много.
— Фамильяр в пирог? — раздался мужской голос. — Да она с ума сошла, баб Поль!
Я в панике оглянулась. Бабуля оказалась не так проста, и припрятала где-то своего сообщника? У меня возникла ужасная догадка. Наверное, они думают, что деньги после распродажи со мной остались и решили ограбить. Что ж, придется их расстроить.
— Кто здесь? — удивилась старушка.
Вот дает! А может, позабыла уже? Я слышала, что у пожилых бывает такая форма потери памяти, когда они забывают все. Как рыбка."
"— Попрошу про рыбок не высказываться в таком ключе! — строго сказал мужчина.
— С тобой, что ли, мужик пришел? — удивилась бабуля. — Так пусть проходит, давненько у меня дома мужиком не пахло.
Я покачала головой. Кажется, это галлюцинация. Массовая. Может, в муке какая спорынья была?
— Сама ты галлюцинация, — обиженно заявил невидимый мужчина.
— Да где вы? Покажитесь! — строго сказала я, понимая, что розыгрыш затянулся.
— Да тут я! В аквариуме!
Мы с бабой Полей переглянулись и приблизились к пузатой склянке.
— Это не шутка? — спросила я, с ужасом глядя на рыбку.
Та сложила плавники, словно обиделась и вильнула хвостом, обдав меня брызгами.
— Ишь ты, какая птица! — сказала я, разглядывая говорящую диковинку.
— Я не птица! — бросила рыбка, и я отчетливо увидела, как шевелятся ее губы.
— Ну рыба, прости, — извинилась я.
— Я не рыба, я фамильяр! — отчитала меня рыбина.
— И как же тебя зовут, рыбка-фамильяр? — спросила я.
— Аркадий, — важно представилось существо и важно поклонилась.
— Батюшки! — Аполлинария Петровна схватилась за косяк. — Аркаша, как мой покойный третий муж!
***
Бледная Аполлинария Петровна сползла по стеночке. Надо было приводить старушку в чувства. Водичкой, плеснуть в лицо хотя бы. Не придумав ничего умнее, зачерпнула воды из аквариума, чем очень возмутила рыбку с тонкой душевной организацией.
После легкого душа баба Поля начала приходить в себя, а фамильяр с оскорбленным видом удалился в водорослевые заросли.
— Лора, а он ушел? — спросила старушка, испуганно оглядываясь.
— Кто, баб Поль? — участливо спросила я, подавая ей стакан воды. Уже не из аквариума.
— Так это, дух Аркашкин! И голос-то какой похожий был, — ответила она, немного приободрившись.
— Так это муж ваш?! — обрадовалась я, что это не мой фамильяр все же оказался.
