Вы кто по профессии?
Человечек задумался на секунду, словно не мог вспомнить.
– Ученый, – сказал он наконец.
– Прекрасно! – одобрил Меркурьев. – Естественник или гуманитарий?
– И то, и другое в равной степени.
– Так не бывает, но ладно. Вот скажите мне, если у человека пропадает драгоценность, да еще, как он утверждает, фамильная, что нужно делать? Взывать к духам или обращаться в полицию?
Емельян Иванович молчал и улыбался.
– Духи – при всем уважении, – тут Меркурьев прижал руку к груди, – уж точно не найдут перстень! А полицейские… ну, полицейские тоже, скорее всего, не найдут, но так положено, понимаете? Так принято – обращаться в полицию. А они обе морочат мне голову!..
– Кристина и Антипия. Которая ясновидящая. То есть никакая она не ясновидящая, конечно, а просто авантюристка! Она вызывала дух Канта, представляете? Я сам был свидетелем.
– И что? – живо спросил Емельян Иванович. – Явился?..
Меркурьев обеими руками уперся в колени:
– Ну, я его не видел. Но стол подпрыгивал, и блюдце вертелось!
– Блюдце, – повторил Емельян Иванович. – А почему вы не допускаете, что Иммануил Иоганн Кант на самом деле заглянул в этот прекрасный уютный дом, когда его пригласили?..
– Емельян Иванович! – свирепо зарычал Меркурьев. – И вы тоже!.. Кант умер сто лет назад!
– Двести тринадцать, – поправил маленький человечек. – И какой же вывод вы из этого делаете?
– Однозначный! – рявкнул Василий Васильевич. – Человек, умерший двести тринадцать лет назад, никуда войти не может и явиться на зов не может тоже! Потому что он умер.
– Возможно, возможно, – согласился Емельян Иванович. – Вполне материалистический, хотя и несколько примитивный вывод.
– Почему примитивный?! Единственно разумный!
А может, этот самый Емельян Иванович тоже не в себе, пронеслось в голове у Василия Васильевича. Они все тут странные! И он, инженер Меркурьев, ничего о них не знает!.. Вещунья вызывает духов, гость материализуется из воздуха, потусторонние силы крадут у студентки кольцо, а привидения сталкивают с маяка подвыпившего человека!
Может, он, Меркурьев, угодил в сумасшедший дом?..
– Этот дом, – словно подслушав его смятенные мысли, произнес Емельян Иванович, – по слухам, когда-то принадлежал Фридриху Бесселю. Это только слухи, они ничем не подтверждены, но так говорят…
– Бесселю? – переспросил Василий Васильевич, сбившись с мыслей про сумасшедший дом. – Бессель был математик. Неравенство Бесселя мы проходили в университете.
– И астроном, – подхватил Емельян Иванович.