– Вот что ты киваешь, как лошадь?! Можно подумать, ты во все это веришь! Ты же… авантюристка! Ты дуришь людей, водишь их за нос!.. Я говорил! Я тебя просил!
– Да, да, – поспешно согласилась Мура. – Ты велел мне раскаяться. Я раскаиваюсь, Вася. Больше ничего такого Бессель не говорил?
– Сказал, что дом не должен исчезнуть. Есть такие точки в пространстве, на которые нельзя посягать.
– Понятно, – прошептала Мура. – А кто посягает, он не знает?
– Марьяна, – произнес Василий Васильевич грозно. – Не зли меня. Я и так… ничего не понимаю. Ну, ничего! Где я должен искать изумруд?! И Кристину?..
– Не нужно искать Кристину, – сказала Мура удивленно. – Зачем?
– Как?! Бессель велел.
Мура сморщила нос. Когда она гримасничала, нос еще немного задирался вверх, и казалось, что она вот-вот захохочет.
– Нет, нет, он имел в виду не Кристину, – сказала она. – С ней все в порядке, я точно знаю.
Мура сделала движение рукой.
– Ну-у, так. Никаких возмущений с той стороны, все спокойно. Она сама найдется. Нужно искать другую.
Меркурьев прошел к креслу, плюхнулся в него и обеими руками взялся за голову.
– Что это такое? – жалобно спросил он Муру. – Галлюцинации?
– Наведенная галлюцинация может быть очень реальной, – ответила Мура. – Вась, дай мне джинсы, ты на них сел. Отличить ее просто – если ты не можешь приблизиться к объекту, даже если он от тебя в двух шагах, значит, наведенная галлюцинация.
Мура пожала плечами и отвела глаза.
– Да нет, – сказал Василий Васильевич, подумав. – Я к нему приближался и отдалялся тоже! Я вставал дрова в камин подбросить. Потом к столу вернулся. Он все время в кресле сидел.
– Значит, не галлюцинация.
– Я в интернете посмотрел, – признался Василий Васильевич совсем упавшим голосом. – Там есть портреты Фридриха Бесселя. Так вот это – он. Ночью у меня был именно он. А я, представляешь, не могу вспомнить его неравенство! Неравенство Бесселя мы проходили в университете, интересная штука.
Мура одевалась за выступом стены. Меркурьев потянулся, чтобы подсмотреть, вовремя опомнился и застыдился.
– Все равно получается, что нас тут травят! Если у меня видения!.. Я нормальный мужик, а видения бывают только у истеричных старух!
– Кто травит? – спросила Мура, слегка запыхавшись, и выглянула из-за стены. – Виктор Захарович?
– А я не знаю, какую девушку мы должны найти.
– Спроси у Канта. Он тебе ответит.
– Почему ты так решил? – живо спросила она, появляясь. Светлые волосы торчали в разные стороны, щеки были розовые – должно быть, от температуры.
– Он же явился, когда ты его позвала! Значит, должен ответить. Ты температуру мерила?
– Нет, конечно. Да она невысокая, максимум тридцать семь и три. И голова у меня не болит, можешь не спрашивать! Только шишка, вот с этой стороны.