Ранняя весна пленяет город золотистым нарядом вдаль Волги, где набережные блеснут отражением разноцветных ярмарочных лавок. Здесь ждет Кассандра, рыжеволосая дама с белыми бакенбардами и шевелюрой столько лет, сколько она помнит. Антон Долгополов, старый детективный кейс в жизни, приходит рассчитывать долги, а Кассандра — загадка, вокруг которой веет таинственность и магия....
А где тетя Оля?
– Мать с утра в салон красоты ушла! Как будто это она замуж выходит!
Мимо пробежали две Аленины сестренки с пирогами в обеих руках. Следом какой-то мальчишка с веночком на голове.
Алена сорвала веночек и в сердцах отпустила шалуну затрещину.
– Аленка, бокалы где? – раздался откуда-то сверху голос Алениного отца. – Или Климовы так и не вернули, гады?
– Алена, – крикнула из сада ее тетка, – шампуры грязные! Холодной водой не отмоешь!
– Я рехнусь с ними, – закатывая глаза, простонала подруга.
Из комнаты, крадучись, вышел кот и, убедившись, что все по-прежнему, весело умчался за ребятней.
– Скажи, что делать, и тоже дуй в салон. Если что, я своих кликну.
Еще немного побегав по дому, Алена наконец немного успокоилась и, перечислив первоочередные дела, убежала.
Зина принялась за работу, попутно размышляя, почему Копылов решил отмечать свадьбу в Нерехте. При его деньгах можно смело забабахать банкет в Костроме или в том же Ярославле. Да и Алена хотела чего-то более шикарного. Пожадничал? Вроде не замечалось за ним жлобства.
"А впрочем, ей-то что за дело? Ее дело – засвидетельствовать в загсе начало семейной жизни лучшей подруги, и все.
По случаю торжества в доме Алены царил полный бардак. По ходу дела Зина попробовала навести хоть какое-то подобие порядка. Что-то складывала в шкафы, грязное кидала в корзину в коридоре. Пусть хоть на виду ничего не валяется. Потом сами разберутся, что куда класть. Несколько коробок с обувью, непонятно зачем валявшихся под столом, она решила убрать на антресоли.
«Она похожа на ту, что нес мужик из электрички», – подумала Зина и вдруг заметила перемотанную скотчем ручку. Точно такой скотч был на той сумке. Ярко-желтый, с непонятной надписью на латинице.
Зина замерла, стоя на шаткой табуретке.
На той сумке еще кусок розовой жвачки сбоку был.
Внезапно задрожавшими руками она потянула сумку на себя и увидела прилипшую жвачку.
– Этого не может быть, – прошептала Зина, чувствуя, как пересохло горло.
Но сомнений не было: сумка та самая. Только пустая.
– Этого не может быть, – повторила Зина и, закрыв дверцу антресоли, тяжело спрыгнула на пол.
На свинцовых ногах она дошла до дивана, села и сложила на коленях руки.
Курьер вез ворованное золото, под носом полиции сумел передать груз адресату и благополучно смылся.
А пустая сумка теперь лежит в доме у Алены.